Текст: Сергей Кайко
Кажется, любой – сколь угодно дотошный и профессиональный – анализ давешнего матча сборной России с голландцами обречен быть сравнительным. И это единственно нормально, ибо броская вывеска обыкновенного с виду спарринга в Черкизове неминуемо цепляла, как крючок петельку, двухмесячной давности базельский эпос, возбудивший страну (да и Европу тоже) от Калининграда до Находки.
Форма не содержание.
Те эпохальные 3:1 – они на годы, им самое место в генетической памяти подрастающих поколений, и уже поэтому в массовом сознании новая российско-голландская явь никак не могла восприниматься иначе как в альпийском разрезе. Эдакая сверка курса, взятого парнями Гуса Хиддинка на Евро и блестяще выдержанного в бронзовых тонах. Коли так, то сверять август с июнем легче всего цифрами на табло. Здесь как в аптеке: и тогда, и теперь – 1:1 по итогам 90 минут. Тогда главное случилось в экстра-тайме – Россия резко прибавила и окатила соперника тотальностью своего недюжинного футбола. Теперь формат был клиширован, но дополнительное время каждый может домыслить сам. А ну как Хиддинк вновь сказал бы в раздевалке свое уже почти фольклорное: надо добавить – и они лопнут. Почему бы и нет – ведь слишком много для сердца русского слилось тем швейцарским вечером, чтобы нынче не отзываться такими вот восторженными фантазиями.
Впрочем, при всей схожести форм содержанием матчи отличались разительно. Если не сказать – кардинально. Евро-аллюзии игра, что и говорить, рождала редко. И объяснений тому – в большинстве своем объективных – немало. Как ни крути, а в одну и ту же реку соперники зашли с другого берега. Без избытка возвышенных чувств, высоких – пан или пропал – ставок. Не сказать, что и слишком уж бурлили старые дрожжи. Россиянам ничего доказывать не предстояло – взяв свое на Евро, они с достоинством перекочевали в новое футбольное измерение. Голландцы же, о чьей нестерпимой жажде реванша так много говорилось в канун стартового свистка, ментально чересчур уж свободны в своем отношении к жизни, чтобы злопамятно копить старые счеты и тем более их одержимо сводить. Они и не сводили, приехав в первопрестольную без ван дер Сара, ван Нистелроя, Булахруза, Снайдера… – и выйдя на поле в составе, обновленном более чем наполовину.
Ко всему это был творческий дебют Берта Ван Марвейка. Так вышло, что его предшественник Марко ван Бастен матчем с Россией свою миссию в сборной кончил – преемнику надлежало с России начать. И замес для пресловутого первого блина едва ли разумно было делать на старых дрожжах. Потому-то и сталось так, что чуть ли не самым неуемным в «оранжевых» рядах был в среду зять главного тренера – строптивец Ван Боммел, к чемпионату Европы непричастный и, значит, зуб на соперника не наточивший. Да и вся приезжая ватага в целом «оранжевой» звалась только по старой доброй памяти – точно символизируя стратегию чистого листа, гости нарядились в сине-голубое.
Хозяева своему яркому июньскому образу соответствовали строже. Натурально: от добра добра не ищут. Хиддинк хоть и покорил футбольную часть России оригинальностью идей, но явных резонов и впредь блюсти новаторский имидж не имел. И вряд ли, думается, заимеет в будущем. Связка Игнашевич – Колодин в центре обороны, опорник-координатор Семак, креативный менеджер Аршавин в атаке при единственном форварде, коим в этот раз стал едва вернувшийся в здравие спартаковец Павлюченко. Эти кадрово-тактические каноны нынче кажутся классикой, хотя – надо же – совсем еще недавно оставались вопиющим модерном, шокировавшим экспертов из числа наиболее консервативных. Благо общественному мнению кудесник-тренер не потакал, линию свою гнул с нездешним упрямством – вся критика была ему как с Гуса вода.
Старая схема на новый лад.
Поле для экспериментов в Черкизове у Хиддинка, однако, было. Оно открылось самым естественным порядком на правом крыле – вследствие травмы питерца Анюкова и известной некондиции москвичей Сычева и Саенко. Так результатом пластической хирургии на лице сборной нарисовалась фланговая спайка из быстроногого Быстрова и необстрелянного Янбаева – погоду она не сделала, но и отнюдь не испортила, складно вписавшись в стилистическую специфику командной игры. При всем внешнем сходстве российской сборной со своим Евро-образцом повторить на бис базельское карнавальное шоу ей было изначально не по силам. В смысле – самом прямом. Сил тех самых потому что в этот раз было куда меньше. Наскоро собравшись посреди идущих нон-стопом туров премьер-лиги, в рамках установленных регламентом ФИФА 48 часов, команда и на пушечный выстрел не могла приблизиться к функциональному великолепию швейцарско-австрийских времен.
Хиддинк это понимал лучше всех, а потому, видно, и настроил старую схему 4-1-4-1 на новый лад – экономичный, неторопливый и выжидательный. В котором, однако, очень скоро и вызывающе обнаружила себя туго заведенная контратакующая пружина. Она всякий раз разжималась быстрым первым пасом в направлении того самого правого фланга – откуда с низкого старта пулей норовил улететь то Быстров, то Павлюченко. Гостей меж тем россияне встречали на центральной линии – и не хлебом-солью, а ежовой рукавицей двух своих оборонительных эшелонов. Если это было сознательное моделирование игры подчеркнуто вторым номером, то опыт определенно удался. За вычетом, разумеется, «стандартных» ситуаций, каковые и поныне остаются для сборной патовыми – это выяснилось на 24-й минуте, когда любящий караулить отскоки ван Перси пустил в ход свою левую ногу-клюшку.
Насильно будешь мил?
После перерыва игра команды Хиддинка делалась исходя из счета – и вопреки голландским прекословиям сделалась выражено атакующей. Такой, какая с некоторых пор, оставаясь коллективной, легко поддается переходу на личности. Игнашевич как блокиратор чужих ударов, Жирков как дриблер и бегун на короткие дистанции, Зырянов как двужильный многостаночник, Акинфеев… как Акинфеев. Даже взяв мяч под контроль, а голландские ворота – в прицел, россияне оставили своему вратарю хороший кусок работы. И тот ее, трудную, осилил, просчитавшись всего раз – когда припозднился навстречу длиннющему, как фамилия Веннегор оф Хесселинк, пасу из глубины и пустил в свой огород Роббена, который, по счастью, в ворота не попал.
Самим собой был на поле и Аршавин. Зенитовец дал волю своей буйной фантазии и вскоре дофантазировался до чудо-передачи Жиркову, которую тот почему-то не захотел считать последней в атаке – и покатил мяч дальше по диагонали. Нанизанная на тонкий аршавинский розыгрыш, российская игра смотрелась живо и перспективно. После матча ван Марвейк не поскупился на реверанс в адрес находчивого питерца. А еще через пару дней другой голландец – Дик Адвокат – не взял лидера сборной на матч чемпионата в Самару, подчеркнув, что душой и сердцем его подопечный нынче далек от футбола. Он, стало быть, где-то между «Тоттенхэмом», куда очень хочется, и «Зенитом», которому, получается, вовсе не претит перспектива быть милым насильно.
Интересно, насколько Хиддинк озабочен безвременьем в эпопее с переездом Аршавина на Британские острова? Едва ли перед стартом отборочного цикла его радует эта долгоиграющая канитель.
Продолжение следует.
Что еще видится неизбежными хлопотами Гуса за две недели до матча с Уэльсом – это поиск кадровых резервов во имя благополучия линии нападения. Когда в среду Павлюченко косо приземлился на голеностоп и захромал, ему на смену из запаса был извлечен спартаковец Баженов. По природе своей отнюдь не страйкер, а еще и дебютант – но никого более подходящего на тот момент в резерве запасено не было. Неважная замена на острие для команды, имеющей обыкновение таранить чужие тылы машинной антропометрической мощью а-ля Погребняк. Что и подтвердилось делом: больно жалящего наконечника россиянам в Черкизове после перерыва очень не хватало. Благо в реноме полезного выходца со скамейки чудно утвердился Торбинский: впечатлившись его свеженогим бегом, голландский капитан ван Бронкхорст талантливо вошел в образ Железного Дровосека. Судья немедленно свистнул, Зырянов аккуратно, но сильно пробил – пенальти запротоколировал окончательный счет.
Высшая справедливость этого счета потом была повсеместно констатирована. Следовательно, в главном футбольном впечатлении прошлой недели разночтений нет. Проверку временем – пускай пока и таким коротким – игра российской сборной выдержала. Суворовский переход через Альпы в рамках постижения науки побеждать продолжен. Оптимизма на пороге нового квалификационного старта не занимать. С сегодняшней колокольни даже скоропалительно кажется, что из надвигающихся отборочных лабиринтов сборная России выберется если не без приключений вовсе, то с издержками много меньше предыдущих.
И – больше того – по итогам последующей поездки на край света в ЮАР российскому болельщику снова найдется что отложить себе в память. В том числе, возможно, – и в память генетическую.
| < < | > > |
|---|
