Ренат Янбаев
Интервью: Илья Казаков
Нечасто бывает, чтобы первый полноценный матч за сборную игрок провел уже в ранге бронзового призера чемпионата Европы. Но с Ренатом Янбаевым все так и вышло: молодой защитник «Локомотива» получил этим летом немало авансов от Гуса Хиддинка, а товарищеский матч с Голландией начал в основе. В интервью Sportweek Янбаев рассказал, как боролся на поле не только со звездой «Реала» Роббеном, но и собственным волнением, как разочаровался в судейском корпусе, дал совет, как избавиться в футболе от ненужных эмоций, и пообещал заступиться, если потребуется, за Рашида Рахимова.
- Ты выходил на игру с какими мыслями: бороться за место в основном составе, сделать себе имя, сдержав Роббена, что-то еще?
- Если честно, то я старался вообще ни о чем не думать. Вроде удалось, но если мыслей не было, то эмоции зашкаливали. Особенно когда гимн заиграл и болельщики запели. Когда выяснилось, что Саша Анюков не приехал на сбор, стало ясно – мои шансы сыграть выросли. И когда услышал свою фамилию на установке, разволновался прилично. Мне так и сказали – где я играю, с кем играю. Я сразу знал, что против меня будет играть Роббен.
- Роббен против тебя? Или ты против Роббена?
- Я против Роббена. Так правильнее. Это очень сильно повышает мотивацию – не просто выйти на поле, но и сыграть против настоящей звезды.
- Немного потускневшей в последнее время…
- Роббен мне всегда нравился. Он ведь, что ни говори, один из лучших в мире в своем амплуа. Не мой кумир, конечно, но сыграть против него давно хотелось. Хотя, разумеется, важнее, что я сыграл с первых минут против такой сборной. Там кого ни поставь на эту позицию – все равно сильный игрок.
- Было видно, что для Хиддинка эта игра все-таки особая?
- Он говорил, что голландцы приедут биться, приедут за реваншем. Вот, пожалуй, и все. А для меня никакой принципиальности не было. Голландия – и Голландия, просто сильный соперник. Я даже не столько против Голландии играл, сколько против Роббена. Было непросто и интересно одновременно. Я старался играть против него «не в прием». Когда он получает мяч на ходу, у него такой дриблинг и такая скорость, что остановить уже нереально. Надо было не дать разворачиваться, встречать жестче. Но пару раз не вышло: прошел меня, ушел в центр – было опасно.
- После этой игры ты готов сказать себе: все, я уже в обойме сборной? Окончательно поверить в то, что ты основной игрок.
- Конечно, нет. Я настолько устал после матча, что вообще ни о чем не думал. Если вызовут на сбор перед Уэльсом, конечно, обрадуюсь. Но не поверю, что у меня уже есть место в обойме сборной, даже после Голландии. Буду работать – будет все хорошо, это я понимаю. Но мне, чтобы почувствовать себя основным игроком сборной, надо сначала несколько матчей хорошо сыграть в стартовом составе – официальных матчей. Хиддинк после игры сказал: – «Все нормально» – и только. Потом про его слова на пресс-конференции было приятно прочитать. Я понимаю, что так он подбодрил меня. Ведь он обычно никого отдельно не выделяет. А тут – поддержал. Здорово. Спасибо ему.
- Для тебя есть разница – на какой бровке играть, правой или левой? Возможен же вариант перевода тебя налево? Справа Анюков, а Жирков в полузащите…
- Я то слева в «Локомотиве», то справа. Мне все равно, в принципе. Но, может, справа чуть удобнее. Я не знаю, почему Рахимов меня пробует то там, то там. Может, под каких-то игроков он меня ставит конкретно. Вот со «Спартаком» против Быстрова поставил.
- Попасть в заявку на чемпионат Европы, вернуться оттуда с бронзой, потом показать себя игроком, созревшим для стартового состава, – вот что видно про тебя со стороны. А что происходит внутри? Ты сильно изменился по сравнению с весной?
- Многие говорят, что после Евро я стал иначе обороняться, но я не замечаю подобного. В сборной полтора месяца провести – это, конечно, опыт. Я посмотрел Евро своими глазами, тренировался со сборной постоянно. Но глобальных перемен в себе не вижу. Особенно в жизни, не на поле.
- А на поле? Делаешь что-то, что не позволял себе раньше? Крикнуть там на кого-нибудь?
- Нет, я на поле вообще не люблю разговаривать. Только по-футбольному могу подсказать партнерам – и все.
- Вернемся к игре с Голландией. Что-то не получилось ведь, раз выиграть не смогли?
- Сыграли нормально. Был высокий темп, было давление. Но было видно, что играем после перерыва, с листа, да еще и Рома Павлюченко травмировался в начале игры. Я очень устал под конец, редко такое бывает со мной в чемпионате. В защите что-то не получалось.
- Во втором тайме временами начинало казаться, что матч скатится к рукопашной. Ты хоть раз терял контроль над эмоциями после остановки игры? Можешь ударить соперника, наорать на судью, сделать что-то такое, чему сам потом станешь удивляться?
- В школе, в дубле было. Из-за языка, эмоций много раз удаляли. Потом стал спокоен, понял, что ничего такого не должно было быть. Родители меня ругали. Да и стало ясно, что все равно так никому ничего не докажешь.
- Торбинского едва ли не всей командой в Грозном после матча оттаскивали от судьи. Что, «Локомотив» действительно засудили ?
- Не засудили, но судейство было неадекватное. Я так и сказал Ковалеву: мол, разочаровался в вас. Так нельзя судить. Невозможно играть при таком рефери. В Грозном командам очень тяжело будут даваться победы.
- По составу «Локомотив» – одна из лучших команд в стране. А по таблице – середняки. Чего вам не хватает?
- Играем нормально. В том же грозненском матче моментов у нас больше было, чем у «Терека». Атаки, контратаки хорошие. Не можем забить. Много моментов, а все впустую. Команда у нас сейчас перспективная. Если костяк, тренера сохранить, то на следующий год выстрелим. Я уверен, что вся команда будет требовать оставить Рахимова, если понадобится. Мы же все прибавили резко, стал виден рисунок игры. Может, хотим иногда за счет класса выиграть, а надо выгрызать. Надо не только играть хорошо, но и дожимать. Ничего, все матчи с конкурентами у нас впереди, так что можем еще и за тройку побороться.
| < < | > > |
|---|
