Валерий Карпин
Интервью: Сергей Бородин
В мире спортивной журналистики о нем говорят как о довольно сложном собеседнике. Sportweek увидел совсем другого Валерия Карпина – открытого, веселого и откровенного. В своем любимом ресторанчике на Большой Ордынке, за бокалом испанского вина, Карпин рассказал нам о футбольной ксенофобии, о том, как переживает поражения и зачем присутствовал при рождении своей дочери.- Валерий Георгиевич, что вас раздражает в спортивной журналистике? Может быть, пресса слишком прессует тренеров?
- Нет, не это раздражает. Когда я играл в Испании, там было то же самое. И в Италии тоже пресса не медом поит тренеров и игроков. Раздражает, когда журналисты начинают говорить о тех вещах, в которых мало разбираются. Им кажется, что они знают предмет, а на самом деле это не так. Говорю сейчас не только о футболе, а вообще обо всех областях человеческой жизни. Вот мне 42 года, примерно лет 35 из них смотрю телевизор, кино. Но при этом же не пытаюсь учить режиссеров снимать кино, а актеров – играть. Я не компетентен в этом вопросе. Могу только сказать – нравится мне или нет. А у нас в футболе все компетентны. Причем не до матча, а после того, как он закончился. Все всё знают.
- Ветераны «Спартака» и некоторые журналисты с большим стажем часто говорят о «спартаковском духе». Красивая фраза… Давно хотела у вас спросить – а что это такое?
- Да, звучит красиво. Это трудно передать словами, это нужно почувствовать. Клуб был всегда одной семьей. Эту атмосферу создали когда-то братья Старостины. Кстати, о ветеранах. У нас ведь много футбольных ветеранов – и динамовских, и армейских. Но на слуху почему-то всегда ветераны «Спартака». Игроки, отыграв год-два за «Спартак», уже считают себя ветеранами нашего клуба. Не потому, что они хотят этого, а потому, что они так чувствуют. Правда, сейчас, пожалуй, уже мало что осталось от той атмосферы. Потому что сменилось несколько поколений, пришли зарубежные игроки. Но все равно этот дух – спартаковский – можно и нужно возрождать. Стараюсь, делаю для этого все, что возможно.
- Часто слышу от наших игроков, что в России с легионерами нянчатся как с малыми детьми…
- Это ксенофобия. Есть люди, которые считают, что иностранец занимает его место и зарабатывает его деньги. Разделение на легионеров и нелегионеров имеет существенное значение только у нас в стране. За рубежом, например в той же Испании, неважно, кто ты – иностранец или нет. Если ты иностранец и доказал, что профессионал, к тебе будут относиться хорошо: уважать и ценить. А если ты испанец и относишься к делу непрофессионально, даже несмотря на то, что свой, не будешь пользоваться авторитетом. Я отношусь ко всем игрокам одинаково. Для меня неважно, кто он – иностранец или россиянин. Первое, что важно для меня в отношениях с игроками, – это понимание. Каждый игрок должен понимать цели и задачи, которые ставит перед командой руководство, свою роль в их достижении, и исполнять ее. Но не бездумно, как робот, а творчески. Если игрок не оправдывает надежд, возложенных на него, не готов жертвовать своими интересами ради достижения общей цели, с ним приходится расставаться. Это очень болезненный момент для любого тренера, но таков закон спорта. И второе, что важно для меня в отношениях с игроками, – доверие. Но это палка о двух концах… Если человек надежный, ответственный и требовательный к себе, ему можно доверять. А если нет, если он еще и злоупотребляет твоим доверием, приходится закручивать гайки.
- Игроки доверяют вам какие-то свои тайны из личной жизни?
-Некоторые – да. Мы же много времени проводим вместе – в перелетах, в гостиницах. Естественно, говорим о многом…
-Сейчас все чаще слышатся разговоры о том, что Россия стала бедна футбольными талантами. Вы согласны с этим?
- Нет, не согласен. У нас при клубе есть Академия имени Федора Черенкова. Там немало одаренных ребят. Просто дело в том, что эти таланты долгое время некому было, как говорится, доводить до ума. После развала Советского Союза многие детские тренеры ушли из профессии в бизнес, еще куда-то. И мы практически потеряли школу детских тренеров. Никто не занимался воспитанием игроков. Сейчас тренеры постепенно возвращаются в спортивные школы, приходят молодые, грамотные специалисты. Но должно пройти еще лет пять, чтобы мы увидели их воспитанников в деле. Правда, сейчас процесс воспитания футболистов намного хуже, чем во времена Союза. Стадионов и футбольных полей строится много, в этом смысле условия сегодня даже лучше, чем раньше. Но сама организационная структура детского футбола на очень низком уровне. Раньше было много разных детских турниров: школьные, городские, районные. Сам когда-то выходил на улицу и гонял мяч. А сейчас детям без взрослых даже на улицу не разрешают выходить.
- Бытует мнение, что в футбол должны играть, образно говоря, голодные люди…
- В этом есть большая доля правды. Почему во всем мире так много футболистов из Африки и Южной Америки? Потому что уровень жизни там намного ниже, чем в Европе или даже в России. Оттуда приезжают молодые люди – футболисты. Они голодные и цепляются за каждый шанс. У нас же, к сожалению, достаточно много «сытых» футболистов.
- А сборная? Здесь тоже дело в сытости? Или в отсутствии мастерства?
- Есть такая поговорка – «мастерство не пропьешь». Оно либо есть, либо его нет. Наши игроки показали, что мастерство у них есть. Выходит, в чем дело?
- А как мотивировать состоятельных людей, к примеру миллионеров?
- Конкуренцией.
- А разговорами, уговорами?
- Бесполезно.
- Вы в «Спартаке» создаете конкуренцию?
- Пытаюсь. Конкуренция очень сильно влияет на игроков, как вы говорите – миллионеров. Какими бы обеспеченными людьми ни были футболисты, они хотят играть. Так вот, возвращаясь к сборной – надо искать тех людей, которые хотят играть, и создавать им конкуренцию.
- Как вы относитесь к нарушениям режима? К тому, что игроки, например, могут выпивать иногда.
- Абсолютно нормально. Это можно делать, а иногда даже нужно. Вопрос – сколько, где, когда и с кем, ну и до которого часа, конечно. Накануне матча нельзя. А после игры, если еще далеко до следующей, можно расслабиться. В Испании разрешают даже в день игры. Другое дело, надо делать поправки на наше российское мышление.
- Для большинства спортсменов период окончания спортивной карьеры проходит очень болезненно, люди не могут себя найти в новой жизни. А как он прошел у вас?
- Спокойно. Закончил спортивную карьеру в 36 лет, причем сознательно. Принимал абсолютно взвешенное решение – что больше не хочу играть в футбол. У меня был строительный бизнес в Испании, и я ушел в него с головой. Вел футбольную программу на испанском телевидении, был спонсором велосипедной команды. Так прошли 3 года. Потом поступило предложение от «Спартака», на должность генерального директора. Согласился, поскольку успел соскучиться по футболу. А потом стал тренировать. Это как-то само собой получилось. По должности часто общался с игроками, бывал на тренировках. В какой-то момент уволили главного тренера, и надо было кому-то работать с командой. Собственно, опыта тренерской работы как такового у меня не было. И учителя, наставника – тоже. Ни у кого не был вторым тренером, ни у кого не учился. Единственное, всегда следил за работой Гвардиолы и Моуринью. Считаю их – и, наверное, не открою Америки – образцом тренерского мастерства. Ну, и, конечно, Олега Романцева. Олег Иванович всегда помогал и помогает мне. Есть в моей жизни и еще один человек, с которого началась моя спортивная карьера и которому я очень благодарен, – это мой первый тренер Юрий Шаламов. Но он живет на моей Родине – в Эстонии, в Нарве, и мы редко видимся. Но когда приезжаю туда, обязательно встречаюсь с ним. А вообще футбол для меня открыл папа. Он играл на довольно высоком уровне, за сборную Эстонии, за молодежную сборную Советского Союза. Но он не учил меня играть, не натаскивал. Мы просто иногда выходили попинать мяч во дворе. И я ходил с ним на все футбольные соревнования с самого раннего детства.
- Знаю, что когда вы учились в Таллине в спортинтернате, каждый вечер ровно в 9 часов звонили домой в Нарву. Зачем?
- Мама же переживала, волновалась. Я отзванивался в 9 часов, говорил, что жив, здоров, и она спокойно ложилась спать. Хотя вот сейчас уже говорю маме: ты думаешь, наверное, что я в 9 часов позвоню – и сразу в кровать? (улыбается)
- А как ваша любимая женщина относится к вашей чрезвычайной занятости?
- Абсолютно нормально. Так как она сама – занятой человек. Занимается бизнесом. Поэтому меня понимает. Мы встретились после прощального матча Аленичева. Поехали в ресторан и там совершенно случайно познакомились. (улыбается)
- На матчи она ходит?
- Ходит.
- А где живут ваши дети?
- Две дочки от первого брака живут в Испании.
- У вас много поклонниц среди болельщиц. Как ваша любимая женщина реагирует на их внимание к вам?
- Ну, как… с юмором. Но никто ко мне не проявляет такого уж повышенного интереса.
- Вы присутствовали при рождении вашей дочки. Зачем это мужчине?
- Это прежде всего для женщины важно – присутствие любимого мужчины в этот момент. Мне так кажется.
- Вы как-то сказали, что всегда говорите правду в глаза. Не боитесь обидеть человека?
- Ну… (вздыхает) смотря о чем говорить. Когда это сказал, имел в виду профессиональную деятельность. А в личных отношениях не столь категоричен. В жизни ведь кроме черного и белого есть еще множество других цветов. Верно?
- В одном из недавних матчей вы взяли вину за поражение на себя. Всегда так делаете?
- По-разному. Иногда бывают матчи, когда я виню себя, а иногда – знаю, что все сделал правильно. Всегда стараюсь смотреть объективно на вещи.
- А как переживаете поражения?
- Довольно тяжело. Ухожу в себя, ночью не сплю. Мне все говорят, что это неправильно. Что надо, мол, делиться своей болью с близкими, и будет легче ее пережить. Ну, тут уж… Как человек чувствует, так он себя и ведет. Одному надо говорить, говорить и говорить. А другому – наоборот. Кстати, после побед иногда бывает даже хуже, чем после поражений. Тоже наступает опустошение, особенно, если это дерби. И замыкаюсь – тоже в себе. Но замыкаюсь не потому, что не хочу говорить, а потому, что сил нет.
Вкратце. Валерий Карпин.
Родился 2 февраля 1969 г. в Нарве (Эстония).
Полузащитник.
Заслуженный мастер спорта.
Клубная карьера: «Спорт» (Таллин, Эстония) – 1986–1987, ЦСКА – 1988, «Факел» – 1989, «Спартак» – 1990–1994, «Реал Сосьедад» (Испания) – 1994–1996 и 2002–2005, «Валенсия» (Испания) – 1996–1997, «Сельта» (Испания) – 1997–2002.
Чемпион России: 1992, 1993, 1994.
Обладатель Кубка СССР/СНГ: 1991/92.
Обладатель Кубка России: 1994.
Серебряный призер чемпионата Испании-2002/03.
В сборной России (СНГ) провел 73 матча, забил 17 голов.
Участник ЧМ-1994 и ЧМ-2002, Евро-1996.
В августе 2008 г. стал генеральным директором «Спартака».
С апреля 2009 г. – главный тренер.
Серебряный призер чемпионата России-2009.
Редакция Sportweek благодарит владельца ресторана El Asador Алексея Небольсина за помощь в организации интервью.
| < < | > > |
|---|
