Подготовил: Василий Конов
6 июля Алексей Смертин завершил карьеру. Официально. Неофициально бывший капитан сборной России не играет почти год. Он до последнего надеялся, что будет достойное предложение в России после возвращения из английской командировки, но не случилось. Больше года Смертин тренировался, писал книгу, начинал свою политическую карьеру (и стал депутатом алтайского краевого Законодательного собрания), думал насчет футбольных перспектив. Но игра осталась в прошлом. Воспоминания, впрочем, никуда не делись...
Барнаул.
Тренировался я всегда с отцом. Изматывающие были тренировки. Но примером всегда был брат – Евгений, мне очень хотелось быть похожим на него. Поэтому я делал все. И даже больше. Мы жили тогда в панельной девятиэтажке в Барнауле. На 8-м этаже. Так вот – папа всегда ехал домой на лифте, а я бежал по лестнице. И всегда забег выигрывал. До сих пор помню: каждый пролет – 10 ступеней, один пролет – в два прыжка. Перила были жутко неудобные, но прутья, которые шли от них, наоборот. Это очень помогало на виражах, когда разворот был на 180 °. Так я работал над выносливостью. А еще были 6 ступеней на старте – от двери до первого пролета, в итоге получалось 76 ступеней после каждой тренировки.
Барнаул – Ленинск-Кузнецк.
В 1993 году состоялся мой первый трансфер. Мы вместе с моим другом Сергеем Кормильцевым переехали из «Динамо» в «Зарю». Денег «живых» не было, и, по слухам, за нас расплатились углем. Поэтому я не знаю, сколько стоил, – в Барнаул просто ушел вагон угля.
Ленинск-Кузнецк.
В этом городе я встретил Ларису. Был вечер в местном ДК «Ярославского». Команду поздравляли девушки. Одеты они были в нашу форму. Я тогда играл под 6-м номером, искал, кто в моей форме, а взгляд упал на девушку с номером 3 (под ним Барышев играл). Ну и все. Пропал. С виду я, конечно, был очень уверенный, но на самом деле скромный и стеснительный. Я уже знал, что получу приз от болельщиков, мне речь капитан наш – Захаров – наговорил. Но я все забыл. Девушки каждому стихи читали. Лариса Бурдинскому читала, сейчас уже она не вспомнит то стихотворение. А я ничего не слушал. Ждал ужина в ресторане. Там занял место напротив красавицы, потом отогнал от нее подругу. Ну, а потом мы поженились. Потом родился сын. Я тогда травмирован был и в роддом на костылях пришел. Мы до сих пор счастливы и любим друг друга! Настоящая любовь с первого взгляда!
«Локомотив».
Во втором сезоне за железнодорожников прозвучали мои медные трубы. Сейчас уже могу признаться, что подхватил звездную болезнь. К счастью, быстро вернулся на землю. Но в тот момент я не отдавал отчет в собственных действиях. Не осознавал всю значимость происходящего. И в «Локо», и в сборной. Это на самом деле было тяжело. Многие вообще ломаются под этим прессом. Ощущая свою незаменимость и вседозволенность… Даже сложно все это описать. Но результатом, на мой взгляд, стала моя выходка против Рахимича, когда мы с «Анжи» играли. Я пошел на грубый фол, получил за это 5 матчей дисквалификации, причем пятой игрой стал финал Кубка России. А в первой же игре после возвращения, изголодавшись по футболу, сломался. Это было мне хорошим уроком. Так закончились мои медные трубы. Урок был усвоен.
Отъезд из России.
Первый зарубежный интерес был со стороны «Манчестер Юнайтед». Скаут приехал на товарищеский матч в Израиль, где сборная под руководством Романцева играла. Результат был плачевным. В Англию я не уехал.
Бордо.
До сих пор не знаю точно, сколько французы за меня заплатили. Говорят, не то $5, не то $7 млн. Да и не важно это уже. Первое впечатление, когда только прилетел, осталось на всю жизнь. Я вещи забираю с ленты в аэропорту, а там между чемоданов трехметровые бутылки вина!!! Выхожу на улицу – там вместо травы виноградники. Я там научился пить вино. Именно – пить! Перед игрой тренер советовал выпивать бокал красного. Я за обедом всегда к тренерскому столу подходил и наливал себе.
Можно было. Один раз антибиотики принимал и алкоголь нельзя было, а тренер удивился за обедом – Алекс, почему за вином не подходишь? Побывал даже на чемпионате Франции по дегустации. Почему не спился? Я туда приехал играть в футбол. Видимо, поэтому. А в целом – культурный шок. До Атлантического океана 50 км, красота, французский язык. Именно начав учить французский, я понял, что плохо говорю на родном языке, и стал много времени уделять русскому, чтобы избавиться от косноязычия. Сейчас говорю на трех языках. Еще на английском.
Мотоцикл.
В Бордо сбылась моя мечта. В детстве меня дед катал на «Урале». На мотоцикле. Я очень хотел мотоцикл.Во Франции купил себе «Харлей». Не классический чоппер, а переходную модель. Мне очень хотелось вновь ощутить всю свежесть ветра, когда он тебе в лицо дует! Это потрясающие впечатления. Главное – в Бордо не было пункта в контракте, по которому нельзя ездить на мотоцикле.
Как-то раз Дима Хохлов позвал в гости в Испанию. Ну я и поехал на «Харлее». Там езды 240 км было. Не проехав и сотни, я подумал – а не вернуться ли за машиной? Неудобно было. Одно дело – до базы по-быстрому доехать. Другое – на дальние расстояния. У мотоцикла посадка неудобная была. Низкая. Спина уставала. В итоге эту модель потом усовершенствовали, поменяв сиденье. Максимальная скорость была 180 км/ч. Но это не крейсерская. Просто на прямой как-то разогнался. Мне быстро нельзя ездить. Я же худой, легкий, меня сдувает! Хохлов вообще на «Яве» однажды перевернулся, поэтому, когда я до него доехал, он только посидел на мотоцикле – и все! В «Челси» к мотоциклам относились серьезнее, поэтому мой роман с «Харлеем» закончился в Бордо.
Экстрим.
В целом я люблю экстрим. С парашютом прыгал, на реактивном самолете летал – пилот показал все, на что самолет и он способны, поэтому щеки заплывали на глаза! Еще спускался в настоящую шахту. Там метан шипит, как сотни кобр! Туда, вниз, не на лифте, а сам. Минут 40 спуск был. А назад – мордой вниз в вагонетку, и вперед! В планах – научиться водить танк. Это совсем скоро уже произойдет.
Англия! Англия!
Тут сложно что-то коротко рассказать! Про Терри, который в баки для грязного белья залезает, чтобы всех пугать, уже сто раз рассказывал. Про шутки разные в раздевалке– тоже. С известными модельерами там знакомился. Приемы, тусовки, весь этот гламур, фестивали. С Водяновой познакомился, обнимал ее. Стал там внимательнее относиться к одежде. Как тот же Терри, который до сих пор эсэмэски шлет, называя меня «crazy Russian», ходить в шлепках и майках не могу уже. Про мою поездку к Фаулзу, моему любимому писателю, тоже рассказывал неоднократно. Знакомства – это самое ценное в Англии. Там познакомился со Шнуровым, Васильевым. А я как раз рок люблю. Мне это очень приятно было.
Из смешного – машины. Думаю, надо статусную машину взять (когда в «Челси» переехал), ну и квартиру хорошую. Взял джип дорогой. Так его припарковать негде было! Я его на парковке стадионной оставлял, а домой на такси ехал! Месяца через три машину продал. Квартира хорошая была, но прямо рядом с башней, где колокол отбивал каждый час. К утру, когда количество ударов было 5, 6, 7… спать уже было невозможно. Квартиру поменял.
Чемпионство «Челси».
Очень все было буднично. Мы же заранее выиграли. 30 апреля. А 1 мая у меня день рождения был. Вот и совместили – за обедом торт со свечками. Поздравления. А я не люблю свой день рождения. Подарков не было.
6 июля 2009 года.
Тоже все буднично. Закончил и закончил. Никаких пресс-конференций и прощальных матчей. Единственное – я хочу извиниться перед брянским «Динамо» и его болельщиками. Говоря о завершении карьеры, я бросил, что лучше нигде не играть, чем в брянском «Динамо», например. Это был собирательный образ. Ничего личного, как принято сейчас говорить. Просто я давно для себя решил – либо клубы, которые ставят перед собой серьезные задачи в высших лигах, либо сосредоточиться на чем-то другом. Сейчас на первом месте для меня семья. Пока играл, не всегда хватало времени. И еще мне нравится гулять по Москве. Пешком. За сыном в школу на машине не езжу.
| < < | > > |
|---|
