В минувшую среду Вишванатан Ананд защитил титул шахматного короля, обыграв претендента на этот титул Владимира Крамника. Индиец – 15-й общепризнанный официальный чемпион мира. Считается, что первым, кто удовлетворял именно такой формулировке – «общепризнанный и официальный», был Вильгельм Стейниц. Однако в этом положении есть определенная доля условности.
Идо Стейница, причем задолго, жили и творили выдающиеся шахматисты, которых считали непревзойденными в тот или иной период времени. Попытаемся разобраться в исторических хитросплетениях и определить, чьи же притязания на право быть внесенным в вечный список чемпионов тоже были весомыми.
Оставляем за кадром период с 1993 по 2006 год, когда в шахматном мире царил хаос. В силу некоторых обстоятельств, на которых мы не будем здесь останавливаться, он был раздроблен. Учрежденная по инициативе действующего чемпиона Гарри Каспарова и ряда его единомышленников из числа ведущих мастеров планеты Профессиональная шахматная ассоциация попыталась оспорить прерогативу ФИДЕ на право определения
сильнейшего и проводила матчи за звание чемпиона мира параллельно с последней.
В эти 13 лет существовали две разные версии, ни одну из которых нельзя было назвать «общепризнанной» – не только потому, что Каспаров и его друзья вышли из ФИДЕ, но и в силу весьма спорного регламента, который та стала практиковать. Александр Халифман, Руслан Пономарев, Рустам Касымжанов и Веселин Топалов удостаивались звания чемпиона мира по версии ФИДЕ в смутное время, но считать их полноценными «вельтмейстерами», пожалуй, не стоит.
Теперь внесем ясность в термин «официальный». В полном, юридическом, смысле он применим только к послевоенному периоду, когда ФИДЕ взяла проведение чемпионских матчей под свой контроль. До этого чемпионы сами определяли себе соперников, а также формат матча и время его проведения. Но тем не менее статус Стейница, Ласкера, Капабланки, Алехина и Эйве не оспаривался.
Выражение «матч на первенство мира» впервые было использовано применительно к противостоянию представлявшего Австро-Венгерскую империю Стейница и немца Йоханна Цуккерторта в 1886 году. Это не было натяжкой: они действительно были двумя сильнейшими на тот момент шахматистами на планете, и они же первыми додумались сопроводить свой поединок таким ярлыком. Исключительно по этой причине Вильгельм Стейниц, он же Вольф Штайниц, и фигурирует в реестрах как первый официальный чемпион.
Но давайте отвлечемся от формальной стороны дела и, рассматривая «достейницевскую» эпоху, посмотрим, кто был чемпионом не по букве, а по духу в те удаленные от нас времена. Знаковой датой в развитии шахмат как спорта можно считать 1851 год, когда в Лондоне состоялся первый крупный международный шахматный турнир, собравший большинство сильнейших игроков планеты. На нем появилась реальная возможность на практике сравнить их по силе. Поэтому его победитель, пруссак Адольф Андерсен, тоже имеет все основания считаться чемпионом мира. Равно как и американец Пол Мерфи, победивший Андерсена в 1858 году, и Цуккерторт, который получил «корону» транзитом через Стейница, победителя Мерфи (и потом вернул ее ему снова).
Чем глубже погружение в историю, тем более размытые критерии мы обнаруживаем. Но по крайней мере в XVIII веке они были еще достаточно четкими. Многие историки шахмат склонны считать первым общепризнанным (но не официальным) чемпионом мира француза Франсуа-Андре Филидора. Филидор выиграл первый матч, про который точно известно, с кем, когда, где он встретился за доской и каким был счет. В 1747 году в Лондоне этот талантливый композитор и по совместительству великий шахматист разгромил англичанина сирийского происхождения Стамму – 8:2. Можно ли считать, что встречались лучшие шахматисты своего времени? Сомнения могут быть лишь в отношении Стаммы.
Известно только, что он был лучшим в Англии. Однако о его успехах в борьбе против представителей других стран ничего не известно. Что же касается Филидора, то он обыгрывал всех подряд – ведущих мастеров из Франции, Англии, Голландии, Пруссии, других стран. И так – на протяжении почти полувека! Он умер (в 1795 году) непобежденным, как много позже Алехин и Фишер. В период между Филидором и Андерсеном сильнейшими в Европе (а фактически – в мире) считались французы Александр Дешапель (примерно в 1800–1820 годах), Луи де Лабурдонне (1820–1840), Пьер-Шарль Фурнье (до 1843) и англичанин Ховард Стонтон (1843–1851). Ну, а были ли более или менее признанные чемпионы до Филидора? Были. В эпоху Возрождения сильнейшие шахматисты жили в Испании и Португалии – древнее искусство досталось им по наследству от арабов.
В конце XV века в шахматах царствовал испанец Луис Рамирес Лусена, в начале XVI века пальма первенства перешла к португальцу Педру Дамиану, а ближе к середине столетия вернулась в Испанию – к Руй Лопесу де Сегуре. Этот мастер подтвердил свое право на корону в 1560 году, когда, посетив Рим, обыграл всех лучших итальянских шахматистов. Итальянская школа набирала мощь и в конце концов потеснила испанскую. Моментом, когда произошел переворот, можно считать 1575 год. Испанский монарх Филипп II устроил турнир (самый первый в европейской истории), собрав при своем дворе главных виртуозов из числа своих подданных и итальянцев.
Гости с Апеннин оказались сильнее. В тот год взошла звезда неаполитанского гения Джованни Леонардо да Кутри по прозвищу Малыш. Он показал, если говорить современным языком, наилучший результат. Есть основания считать его чемпионом мира с 1575 по 1587 год. У него был достойный соперник в лице земляка Паоло Бои. Летописцы свидетельствуют, что они были примерно равны по силам. «Малыш» да Кутри умер трагически – он был отравлен, согласно легенде, кем-то из конкурентов, завидовавших его успехам.
Неаполитанская школа еще приблизительно полвека не знала себе равных. Алессандро Сальвио, а затем Джоакино «Калабриец» Греко стяжали славу главных искусников, а со смертью Греко, в 1634 году, школа угасла. И на целое столетие шахматы в Европе пришли в упадок – пока французы, усилиями в первую очередь Филидора, не вдохнули в них новую жизнь.
| < < | > > |
|---|
