Одной из самых колоритных личностей на заре олимпийского движения был американец Роберт Гарретт. Натуральный «многостаночник», он представлял свою страну в пяти легкоатлетических дисциплинах и везде завоевывал медали. Удивительный результат. И все же в первую очередь Гарретт вошел в историю тем, что выиграл на Играх 1896 года соревнования по метанию диска, не имея элементарного представления о данном снаряде!
Гарретт был выходцем из богатой семьи и учился в Принстонском университете, где капитанствовал в легкоатлетической команде. Вместе со своей основной дисциплиной, метанием ядра, пробовал себя в прыжковом спорте. Диск в сферу его интересов не входил, как не входил он в ту пору вообще в программу соревнований, проводимых в США. Но в программу первой афинской Олимпиады он был включен – как дань традициям и наклонностям организаторов: у греков с античных времен он считался «коронкой». Освоить перед отбытием за океан еще и диск, «до кучи», 21-летнему здоровяку посоветовал его университетский профессор Уильям Миллиган. Американцы абсолютно в этой дисциплине не рассчитывали на победу, считая, что метать его умеют только в Греции и тягаться с эллинами бессмысленно.
Роберт Гарретт подошел к делу старательно. Но спросить даже о самых простых вещах, связанных с метанием диска, было не у кого. Единственным методическим пособием во время тренировок ему служила… легендарная статуя дискобола древнегреческого скульптора Мирона. Глядя на нее, он пытался отрабатывать стойку, движения. С самим снарядом возникли еще большие трудности: в Штатах не нашлось ни одного экземпляра. Он заказал диск кузнецу, дав ему задание изготовить копию того предмета, что держит в руках дискобол Мирона. Изделие потянуло на 30 фунтов (14 килограммов). Почти с гирю весом. «И как они швыряют такую тяжелую штуковину? – недоумевал Роберт. – Наверное, это будет выглядеть очень смешно. Ну да ладно, была не была…»
Никто первых олимпийцев не спонсировал. Совершали трансатлантическое путешествие они за свой счет. Далеко не все могли себе это позволить. Гарретт мог – более того, оплатил поездку еще трем членам сборной США. Первое, что его удивило по прибытии на место, – настоящий диск гораздо легче, чем он себе представлял. Попросив у кого-то из греческих соперников попробовать его, Роберт поразился: на вес штуковина тянула меньше пяти фунтов. Сущая пушинка по сравнению с его поделкой! И в руку ложится не в пример удобнее… Озадаченный, янки пошел к барону де Кубертену, объяснил ему свою анекдотичную ситуацию и спросил: не кажется ли ему вся эта идея бредовой? Может, лучше не выходить в сектор и не позориться? Барон посоветовал выйти. И напомнил олимпийский девиз: главное – не победа, а участие.
Это было в самом деле потешное зрелище. Гарретт соревновался с двумя греческими атлетами, Сотириосом Версисом и Панайотисом Параскевопулосом. Те были само изящество: с безупречно отточенной техникой, оба напоминали скульптуру Мирона. Движения же американца производили впечатление какого-то нелепого танца. Диск он швырял так, словно в его руках был молот. Да и швырял совсем не туда: он у него почему-то летел в сторону зрителей. Те шарахались в ужасе, как бы этот чудак их не зашиб. Так прошли две попытки и осталась последняя, третья. Версис от нее отказался: может быть, посчитал, что его лидерству ничто не угрожает. Но Параскевопулос метнул диск на целый фут дальше. Следом за ним в сектор вышел Гарретт. Полет его диска греческая публика приготовилась сопроводить смехом. Но встретила гробовым молчанием. В последний момент у него все получилось! Гарретт забросил снаряд на 29,15 м – на 19 см дальше Параскевопулоса. И нежданно-негаданно получил золотую медаль. Греков победили в их классическом упражнении. Где они доселе не имели себе равных.
Еще одно золото Гарретт получил за победу в метании куда более привычного для себя ядра. А в прыжках – как в длину, так и в высоту – довольствовался серебром. Ездил он и на вторые Игры, 1900 года. Там его успех был скромнее: два третьих места – в метании ядра и тройном прыжке. В секторе дискоболов он тоже пытал счастье, но на сей раз не преуспел. Снова не обошлось без конфуза. Из-за неудачной планировки сектора диск после его могучих бросков неизменно летел в расположенные поблизости деревья. Ядро он запросто мог бы выиграть, если бы не остался верен своим религиозным убеждениям. Финальные соревнования были назначены на «запретный» день, воскресенье. Но в квалификационных Гарретт показал достаточно хороший результат, потянувший на бронзу.
| < < | > > |
|---|
