Въехать в «формулу»

Виталий Петров

Интервью: Юрий Голышак

Виталий Петров – один из лучших гонщиков GP2. С большой мечтой – перебраться в «Формулу-1». Где все другое – и популярность, и заработки. Оказался очень милым молодым человеком. Был в Москве проездом – из Барселоны в Выборг, на родину. Ничуть не гневался на мои вопросы. Только хмыкал, когда я спрашивал совсем уж не то…

- Чего не хватает, Виталий, чтобы оказаться в «Формуле-1»?

- Побед.

- Со стороны кажется – у вас сплошные победы.

- Да какие там победы… Одни только командные зачеты, российские чемпионаты. Чтобы попасть в «Формулу-1», побеждать надо в Европе.

- Было в вашей жизни поражение, которое долго не отпускало?

- Да, как-то неудачно выступил в Монако. Из-за этого многое пошло наперекосяк. Проиграли три этапа и никак не могли понять: почему? Оказалось, надо было менять тормозную систему. Сделали – и все вернулось.

- Оттого, что виноваты не вы, не легче?

- Я тоже виноват. Все-таки разбил машину.

- Сколько раз вы могли оказаться в «Формуле»?

-  Там можно и сегодня оказаться. Можно было вчера или позавчера. Даже два года назад было реально. Только плати. Отдай сорок миллионов – и пожалуйста, дорога открыта. Даже двадцати хватит. Но ведь получать деньги приятнее, чем платить, правильно я думаю?

- Это точно.

- Поэтому мне хочется пробиться в «Формулу» без денег. Для этого надо выиграть GP2.

- Вот вы и сказали о мечте.

- Точно, это мечта!

- Знаете, когда окажетесь в «Формуле»?

- Если отработаем на сто процентов, то окажусь очень скоро. В 2009-м.

- Все почему-то считают, что в 20 лет гонщик уже должен быть в «Формуле-1». Максимум – в 25. Год адаптируешься, еще год осваиваешься, на третий что-то показываешь.

- Вы считаете по-другому?

- Я считаю, что до 35–40 лет в «Формуле» спокойно можно ездить. Молодежи ничем уступать не будешь. Главное для меня – попасть туда уже сейчас. Потом будет сложнее. Не думаю, что в 27 это вообще будет реально…

- Заработки пилота GP2 и «Формулы» несравнимы?

- Если ты не самый опытный пилот, в GP2 вообще не будет заработков. А в «Формуле-1» хорошо зарабатывают.

- Люди любят цифры. Сколько вам приходится брать у спонсоров, чтоб нормально существовать в этом проекте?

- Чуть больше миллиона евро в год. Это минимум. Еще не беру дополнительные траты – спортивные лагеря, залы, тренировки… Меня спонсирует много лет друг семьи. Любит меня, как родного сына. С отцом у них совместный бизнес уже лет двадцать.

- Что за бизнес?

- Не скажу. Не думаю, что это будет кому-то интересно, рекламировать ему нечего. Вот когда приду в «Формулу-1», он себя, может быть, раскроет.

- Чтобы выбраться из Выборга, нужны были не только талант и способность работать.

- Нужны были деньги.

- И везение?

- В первую очередь – деньги. Любого парня можно прямо сейчас взять из соревнований по картингу – и продвигать.

- Как я понимаю, вы сильно отставали в гонках по возрасту. Поздно начали заниматься.

- До сих пор отстаю.

- Сколько б ни пытались подтянуться?

- Да. Многим этого не понять, пишут какую-то ерунду.В Европе журналисты разбираются лучше. Сами ко мне подходили: «Мы понимаем, что ты сейчас делаешь. Только на третий-четвертый сезон в GP2 сравняешься с ребятами, которые катаются с пяти лет…»

- Сколько вы занимаетесь?

-Четыре года. А те – около четырнадцати. С детства не вылезают из машин, разницу в километраже считать смешно. Но всем видно, что у меня талант.

- Пытаетесь наверстать то, что наверстать невозможно?

- Пытаемся. Правда, не очень получается…

 - Был в вашей карьере момент нереального везения?

- Это был мой первый год в GP2. Я стартовал с 8-го места, в тот день моросил небольшой дождик. Я рискнул остаться на сухих колесах. Старт выдал отличный, лидирую. Дождь усиливался, но я в бокс решил не заезжать. Команда нервничала, понимали, что я невероятно рискую. В итоге выиграл гонку – это было потрясающее везение. Но обычно везет в другом. У кого-то впереди ломается машина.

- Когда почувствовали, что вас в профессиональных гонках воспринимают всерьез?

- Когда занял третье место в чемпионате Азии. Люди стали говорить: «Если у Петрова нормальная машина, обогнать невозможно…» Это правда, если я лидирую – обойти меня
сложно.

- На улицах какого города вы особенно популярны?

- В Валенсии. Еще, пожалуй, в Барселоне. Там даже ежедневные газеты интересуются гонками, следят за испанской командой, за которую я выступаю. Но на улицах даже там узнают редко, GP2 – не тот уровень. Это только в Выборге меня знают все.

- Туда приезжаете – и сразу получается День города?

- Так не скажешь, но смотрят на меня все. Иногда даже магазины обхожу стороной – на меня либо смотрят как на врага народа, либо теребят за рукав. Расспрашивают о гонках.

- Собираются вокруг вас корреспонденты из всех трех местных газет? Живете в окружении?

- Ну да. Мы дружим. Вот они вежливо себя ведут. Звонят: «Когда можно приехать поговорить?»

- Фанаты заваливают подарками?

- Обычно маленькие девочки подходят, протягивают альбом: «Вот, мы собираем…» Разглядываю папку, а в ней чего только нет. Сотни вырезок, даже из европейских газет. Где только достают?

- Самая большая ерунда, написанная о вас в европейских газетах?

- О, это я хорошо запомнил! Написали, что у меня миллионов без счета. Готов хоть сегодня заплатить, чтобы оказаться в «Формуле». Бред.

- Нет миллионов?

- Нет. Если б были, все равно на таких условиях в «Формулу» не пошел бы. Чтобы на меня смотрели как на человека, который на что-то способен. Кроме способности платить. Есть ведь гонщики типа Буэми или Накаджимы, у которых за спиной города и спонсоры. Вроде «Газпрома». Спонсор желает, чтобы гонщик-японец был в «Формуле-1». Уперлись – и все!

-  На таких гонщиков смотрят как на ущербных?

- Нет. Они не только принесли деньги – еще и учатся на ходу. Многие со временем дают результат. Из таких гонщиков выросли и Алонсо, и Шумахер. Они ведь тоже пришли за деньги. За руль их посадил титульный спонсор. Главное, никто толком не знает, кто именно проник в «Формулу» без денег.

- Почему?

- Контракты – большая тайна. О них судят только по европейской прессе, та как-то выведывает.

- Шумахер. Уникум. Мне сложно говорить про Айртона Сенну, я не очень хорошо его помню.

- С Шумахером общались?

- Как-то подошел ко мне: «Посмотри, что-то в глаз попало…» Я в футбол играю за команду «Формулы-1». Шумахер неплохо играет, Трулли, Алонсо, но сильнее всех – Физикелла. Хорошо бегает, «физухи» много.

- В вашем спорте есть место подлым приемам?

- Разумеется. GP2 – это Renault. Создана Бриаторе и Экклстоуном, хозяевами той же «Формулы-1». Захотят сделать из кого-то чемпиона – сделают. Достаточно сказать своим людям: «Надо эту машину сделать быстрее».

- То есть?

- Завтра я спрошу механиков: «Что можете поменять в машине, чтоб я выиграл секунду на круге у остальных? Чтоб летел, как на самолете?» Они только фыркнут: «Это, это и это…» Все эти изменения запрещены, могут увидеть судьи. Но судьям можно указать – туда-то не заглядывать. Думаю, кто-то так и поступает.

- С Экклстоуном общались?

- Как-то руку мне пожал, когда я сидел в машине. Перед самым стартом.

- Однажды в Италии вы перевернулись на сумасшедшей скорости. Помните момент?

- Ничего страшного тогда не было, все как на американских горках. Ощущение – один в один. Жестких ударов не было. И страха испытать не успел. До этого внушил себе, что машина абсолютно безопасная. А потом «полетел»…

- Сами вышли из машины?

- Конечно. И жизнь перед глазами не пролетала за секунду. На американских горках даже страшнее. Азарт быстро проходит, думаешь: «На хрена я сюда забрался?»

- В вашей жизни был момент животного страха?

-  Перед стартом мне всегда очень страшно. В прошлом году вдруг руки начали трястись, представляете? Не мог совладать. Даже не знаю, откуда паника взялась. Но как только гаснет светофор – как рукой снимает. Уже ни страхов, ни волнений.

- Самая страшная авария, которая произошла на ваших глазах?

- В Маньи-Куре разбился один парень. Действительно, здорово кувыркался. Перелетел через нас, оказался за ограждением. Гонку на 15 минут остановили, вызвали «скорую».

- Выжил?

- Все в порядке оказалось. Человек сам виноват был – не разглядел, что впереди автомобиль начал подтормаживать. Врезался в него.

- Самая нестандартная ситуация, в которой вы оказывались на трассе?

- Всегда странное ощущение, когда в тебя врезаются. Или невесть откуда собаки на трассе появляются. Последний раз в Турции с таким столкнулся. Тогда Бруно Сенна, племянник Айртона, собаку сбил, а я другую еле объехал. Только из-за этого меня обогнали. Начал тормозить – и потерял первое место. Вот тогда было страшно. Скорость 300 – если врежешься, еще не известно, чем все закончится.

- Сразу понимаете, что делать в такой ситуации?

- Смотришь на собаку – и пытаешься предугадать, куда она рванет. Либо влево, либо вправо. Тебе доля секунды, чтобы в нужную сторону вывернуть.

- Любимых трасс у вас нет?

- Нет. Даже не знаю почему. У каждой свои особенности. Все говорят, что в Монако особенная трасса. Да, интересно, но тоже – ничего сверхъестественного. Не могу сказать, что еду туда с особенным желанием.

- Каждую трассу проходите пешком?

- Да. Когда едешь в машине, многого не замечаешь. Ничего не успеваешь запомнить. А когда пешком – все в блокноте отмечаешь. Где притормозить, где меняется асфальт, где будет кочка… Очень важно запомнить, где машина касается асфальта днищем.

- Все ходят пешком перед заездом?

- Кому-то это не надо. Но в «Формуле-1» все ходят, в четверг. Кого угодно можно встретить.

- Что вы умеете делать на трасе как никто другой? Чем вы сильны?

- Во мне нет страха. Не боюсь никого из гонщиков. Уверен, что могу что-то доказать – мне просто нужно немножко времени, чтобы понять машину на сто процентов. Если для меня нет секрета в машине – конкурентов не будет.

- Можно чего-то добиться в гонках без фанатизма?

- Тяжело.

- Много лет назад меня в автошколе учили: «Машина живая, с ней нужно разговаривать». Чепуха?

- Иногда действительно разговариваешь: «Давай, давай, не ломаться…» Вот недавно разговаривал, когда первый ехал: «Дотяни, чуть-чуть осталось!» Молился, можно сказать, чтобы ничего от нее не отлетело. Как только непонятный звук – пугаешься.

- Слышите даже то, чего нет?

- Вот-вот! Часто бывает! Иногда машина показывает характер, подводит совершено непостижимым образом. Ломаются предохранители, с которыми вообще ничего не может произойти. Недавно в бензобаке какой-то алюминий отвалился. Бензонасос сломался. Почему он это сделал? Не понять! Нам поставляют запчасти «Рено» и «Мекахром» – и ты
не можешь поставить свою деталь или доработать.

- Место приметам в вашей жизни есть?

- Некоторые садятся в машину только с левой стороны. Я тоже. Некоторые вообще не прикасаются к спиртному. У меня причуд хватает.

- В обычной жизни у вас какая машина?

- Нет у меня машины, я не живу в России. Здесь езжу на отцовских машинах. За границей – все в прокат. В Барселоне беру самую дешевую, вроде SЕАТ Leon. Если далеко отправляюсь, беру что-то подороже. Обязательно автомат, чтобы не уставать перед тестами.

- Были в вашей жизни проблемы с дорожной полицией?

- Недавно был ерундовый случай. Ехал и разговаривал по телефону. Мотоцикл полицейского меня прижал к обочине. Пришлось отдать 50 евро. Хорошо, на всю процедуру ушло пять минут. Тебе и конвертик дают, и квитанцию.

- Вы говорили – каждый день занимаетесь с эспандером. Все правильно?

- Да, приходится. Обычный человек сядет за руль машины в GP2 – не сможет и трех кругов проехать, руки устанут. У меня в первый раз тоже руки тряслись. Мы, гонщики, не здоровые – но внутри большая сила. Когда растет мышечная масса, начинаешь больше бегать. Надо, чтобы мускулатура уменьшалась.

- Поэтому и отказались однажды от занятий с железом?

- Да. Во мне было чересчур много веса. Чувствовал себя каменным, ходил как робот. Я чувствовал силу – но реакция пропадала, скорость тоже. Решил – хватит, надо что-то менять. Принялся бегать. Но как только сбросил вес, все вернулось.

- Недавно президент одного футбольного клуба мне сказал: «Сто отжиманий могу сделать хоть сейчас, в кабинете». Сколько сделаете вы?

- Пятьдесят – без проблем. Сто для меня многовато. Для таких цифр надо иметь большие бицепсы.

- С вами как-то шаман занимался. Было?

- Было, но оказалось ерундой… Совершенно не понимал, что он творил. Пятки трогал, заставлял какие-то травы пить. Говорил, надо отказаться от pork. Свинина по-русски, правильно? Перед гонкой делал массаж. Я этому шаману не верил. И помощи не ощущал.

- И прогнали?

- Ну да, пришлось расстаться. Этот человек меня немножко раздражал. Если б чувствовал помощь хоть на процент, оставил бы.

- Самое нелепое, что он вам предложил?

- Сделал с моих зубов слепок – и сказал, что я должен спать с этой пластмассой.  Объяснил: зубы, мол, являются проводником энергии. После этого мы недолго проработали.

- Самая дорогая победа в жизни?

- Сначала выиграл два чемпионата России – это было счастье. Особенно для семьи, которая тогда со мной ездила на все гонки. Но победа на мировом уровне – совсем другое. Шампанское вкуснее.

- Где сейчас ваш дом?

- В Выборге и Барселоне. Недалеко от команды, 350 км. Летать из Барселоны несложно.

- В Барселоне по России совсем не скучается?

- В Выборге можно отключиться от всех дел. Сходить в настоящую русскую баню, а потом нырнуть в ледяную воду. Такого в Барселоне точно нет. В Испании мне очень не хватает этого домика на озере. И борща.

- В Барселоне квартиру снимаете?

- Да. У папы не настолько много денег, чтобы покупать. Жилье в Барселоне фантастически дорогое. И так много в меня вкладывает.

- Что у отца за бизнес?

- Заправки и гостиничный бизнес. Свой спортклуб «Фаворит» – это название написано на всех моих шлемах. Держит 30 разных секций – от дзюдо до футбола. Его команда – девятикратный чемпион Ленобласти по футболу. Никто обыграть не может.

- Самое долгое время вне России?

- Три месяца. Обычно живу за границей по полтора месяца, потом хоть на несколько дней приезжаю домой.

Вкраце. Виталий Петров.

Родился 8 сентября 1984 года в Выборге.
Гоночная карьера:
2003–2004 гг. – Formula Renault 2000 (команда Euronova Racing) 2003–2006 гг. – Euro 3000 (команда Euronova Racing) С 2006 г. – GP2 (команды DPR, Barwa International Campos).
Достижения:
Победитель Кубка «Лады» (2005), «Формулы-1600» Россия (2005). Второй призер Кубка «Лады» (2004). Третий призер чемпионата Азии в серии GP2 (2008). Выиграл три этапа в GP2.

Автор – корреспондент газеты «Спорт-Экспресс»

SportWeek № 33