Евгений Пашутин
Интервью: Денис Мостов
Евгений Пашутин – о неожиданном назначении главным тренером баскетбольного ЦСКА, собственном темпераменте, воспитании российских Кобе Брайантов и о том, что белые все-таки умеют прыгать.
- Для многих обывателей ваше новое назначение на прошлой неделе стало сюрпризом. Но вы-то, наверное, знали о таком варианте развития событий уже довольно давно?
- Вовсе нет, предложение ЦСКА для меня стало такой же неожиданностью, как и для всех. Наставник армейцев Этторе Мессина взял время на размышление, и я считал, что он продолжит работу. Однако Этторе все же предпочел уйти…
- Мгновенно согласились возглавить ЦСКА?
- Над такими предложениями не раздумывают! Тренировать клуб, на сегодняшний день лучший как в России, так и в Европе, с его великолепной организацией и менеджментом – мечта любого наставника. Хотя, конечно, покидаю питерский «Спартак» с тяжелым сердцем…
- Теперь, в связи с довольно существенным сокращением бюджета, насколько я понимаю, основная ставка в ЦСКА будет сделана на россиян…
- Да, это так. Для меня работать в таких условиях, несомненно, интереснее. А в нынешней экономической ситуации в стране и мире новая политика клуба представляется еще и весьма разумной. Шагом в будущее. Мы должны сделать акцент на россиян, однако останется и костяк из опытных иностранных баскетболистов, способных повести за собой нашу молодежь. Хочется создать такой баланс, микст с правильным смещением акцентов, чтобы россияне не играли роль статистов, а участвовали в процессе, помогали нынешним лидерам и постепенно выходили на лидирующие роли, сами принимали решения на площадке в важнейших ситуациях, отвечали за результат… Создание такого коллектива – большая ответственность и очень сложная задача. Но до чего же, повторюсь, интересная!
- Да, но ЦСКА уже приучил всех, что любое его поражение – форс-мажор. Вы полагаете, в период становления по сути новой команды клуб останется законодателем мод не только в России, но и в Европе?
- Выполнения задач никто не отменял, а они, как обычно в ЦСКА, самые что ни на есть высокие – победа в каждом матче, во всех турнирах, в которых участвуем. В том числе и в Евро-лиге. Естественно, это сложно, даже архисложно, но будем стремиться к поставленной цели. Лично я максималист и к такому вызову готов.
- А готовы в случае каких-то осечек попасть под жесточайший огонь критики? Все-таки ЦСКА не «Спартак», здесь второе место – уже провал…
- Конечно же я абсолютно готов. Иначе в затее не было бы никакого смысла…
- Бытует мнение, что кризис для российского баскетбола – как своеобразный «санитар леса». Поможет забыть про излишества, сделает клубы более функциональными…
- Могу сказать только: кризис сейчас во всем мире, и его невозможно игнорировать. Поэтому реакция, к примеру, руководства ЦСКА абсолютно нормальна. Нельзя исключать, то выбранное не без влияния экономической ситуации направление скажется на российском баскетболе только позитивно.
- Когда смотришь на некоторых звезд НБА, например на Кобе Брайанта, просто диву даешься, какое у них мастерство. Наверное, и вы, как тренер, мечтаете о таком феноменальном «человеческом материале»?
- Да, поработать со столь большим мастером было бы редким удовольствием. Но мне лично еще больше хочется, чтобы игроки уровня Кобе появились в России. Согласен, нынче это кажется малореальным, но… Возьмите Андрея Кириленко, Виктора Хряпу – эти ребята не уступят многим далеко не последним игрокам НБА. У нас есть свои звездочки, алмазики, бриллиантики, которых надо раскрывать. И постараться, чтобы на уровне НБА они играли не где-нибудь, а именно здесь, у нас.
- А как же крылатая фраза «белые не умеют прыгать»…
- Посмотрите на Кириленко! Многие афроамериканцы могут повторить то, что умеет он? Да, у нас только один Кириленко, один Хряпа, а не, предположим, 10–15. Но ведь эти баскетболисты родились, вышли на определенный уровень у нас в России. А значит, и другие могут до них дотянуться. В любом случае, если ничего не делать, точно ничего не получится.
- Такое впечатление, что в нашей стране нынче напряженка не только с российскими игроками, но и с топ-тренерами. Специалистов из бывшей Югославии в Европе немало, а наших даже в своем первенстве почти нет. Как представитель новой тренерской волны можете объяснить, в чем причина?
- Думаю, дело тут в своеобразной цикличности. Смена поколений присуща ведь не только баскетболистам, но и наставникам. Старшее поколение великих тренеров – Александр и Евгений Гомельские, Владимир Кондрашин, за ними пришли Станислав Еремин и Сергей Белов. Сейчас в клубах появляется целая плеяда наставников моего возраста – Дмитрий Шакулин, Сергей Базаревич, Андрей Мальцев, Сергей Бабков, Михаил Михайлов, Сергей Гришаев, Евгений Кисурин… Желаю всем ребятам состояться на этом поприще, и тогда уже никто не скажет, что у нас мало своих тренерских кадров.
- Как и вы, они бывшие баскетболисты, причем высокого уровня. А ведь бытует мнение, что такие люди редко становятся топ-тренерами…
- Знаю я о таких разговорах. И категорически с ними не согласен. Посмотрите на НБА: Фил Джексон, Ларри Браун, Ларри Берд, Грег Попович – все они в прошлом играли, а сейчас превратились в великих наставников. Вообще Америка особенно сильна своими доморощенными тренерами, иностранцам практически невозможно стать у руля клуба НБА.
- Вы в качестве ассистента успели поработать с тремя известными иностранными специалистами – Душаном Ивковичем, Этторе Мессиной и Дэвидом Блаттом. Что от них почерпнули?
- Само собой, неоценимый опыт. Считаю всех троих лучшими тренерами на континенте. Не хочу рассуждать о достоинствах того или другого и тем более сравнивать их, замечу только – мне очень важно было посмотреть, как выстраиваются отношения внутри клуба, как идет построение команды с первого дня работы, на что обращается особое внимание. Масса времени уделяется деталям, психологии – это целый комплекс, целый мир, в котором работает наставник.
- У вас есть ролевая модель в тренерском цехе?
- Самая лучшая копия всегда хуже оригинала – кого-то копировать просто не имеет смысла. К тому же баскетбол постоянно меняется, сейчас он уже не тот, что, скажем, лет десять назад. Базовые принципы все те же, но игра стала более атлетичной, скоростной, динамичной. Естественно, я тоже стараюсь не стоять на месте, изучаю литературу…
- Согласны, что наставники учатся прежде всего на собственных ошибках?
- Конечно. Так происходит в любой сфере деятельности, тренерское искусство – не исключение. Это нормально – принцип жизни, существования людей…
- Однако вы почти не набили себе шишек, в первый же сезон в качестве главного стали в Суперлиге лучшим тренером с российским паспортом, вывели скромный «Спартак» на четвертое место…
- Хочу только поблагодарить всех, кто поверил в меня. Останавливаться и думать, что уже многого достиг, не собираюсь ни в коем случае. Наоборот, еще больше времени уделю работе, изучению как практики, так и теории. Ведь стоит на мгновение расслабиться, остановиться – и все… ты уже значительно отстал от прогресса, от ведущих европейских тренеров.
- В свое время в качестве игрока вы провели за границей один сезон. Он как-то вас изменил?
- Да, абсолютно. Не в игровом, а именно в ментальном плане. У меня и до этого с профессионализмом все было нормально, но стал еще более дисциплинированным. От выступлений за «Маккаби» из Раананы в сезоне-1999/2000 у меня остались самые приятные впечатления – мы под руководством Шарона Друкера (тогда дебютанта, а нынче уже известного специалиста) заняли второе место, даже выиграв в финале плей-офф один матч у «Маккаби» из Тель-Авива. Для клуба со скромным бюджетом из города с 40-тысячным населением это был просто феноменальный успех.
- Вы много раз выигрывали медали национальных чемпионатов, но чемпионом стали только однажды – в сезоне-2002/2003 с ЦСКА, после чего сразу, в 34 года, завершили игровую карьеру. Не поспешили ли?
- После того сезона руководство клуба – Сергей Кущенко и Душан Ивкович предложили мне стать главным тренером молодежной команды ЦСКА. Сейчас из того проекта в Суперлиге играет много ребят – Никита Курбанов, Василий Заворуев, Никита Шабалкин… Не скрою, мне было немного жаль уходить, но Сергей Валентинович объяснил, что надо смотреть в будущее: ну поиграю еще год-два, а дальше? И если я хочу стать тренером, надо использовать шанс…
- А вы давно хотели заняться тренерским ремеслом?
- В принципе, позиция разыгрывающего, на которой я отыграл практически всю карьеру, это подразумевает. Он ведет игру на площадке, является мозгом команды, проводником идей наставников. тому же в моей спортивной жизни случались эпизоды, когда в командах проходила тренерская пересменка, приходилось объединять ребят. Так что хотелось испытать свои силы на новом поприще.
- Сильно ли изменились ваши отношения с братом Захаром, когда вы превратились в связку «тренер – игрок»?
- Мы стараемся проявлять профессионализм, держать определенную дистанцию во время совместной работы. И когда я стал тренером, мы, честно говоря, стали меньше общаться. Хотя это, конечно, не касается отпусков и различных семейных дел… Но все равно сложно, большинство смотрит на нас исключительно через призму родственных отношений. Стоит у Захара чему-нибудь не получиться, злые языки тут же заметят – брат брата тянет, а его успешную игру воспринимают как должное. Я счастлив, что Захар феноменально провел этот сезон в «Спартаке», особенно четвертьфинальную серию плей-офф с «Динамо». По результатам опроса игроков чемпионата страны он занял 4-е место, опередив многих очень сильных легионеров. Это говорит само за себя.
- Я заметил: некоторые наставники вроде Серджио Скариоло из «Химок» во время матчей склонны к эксцентрике, очень эмоциональны. Вы на их фоне кажетесь слишком спокойным…
- Во-первых, поведение тренеров зависит от ситуации на площадке. Да, Скариоло в финальной серии с ЦСКА вел себя очень эмоционально, но, к примеру, за игрой подопечных с «Университетом-Югрой» он смотрит совершенно спокойно, иначе никаких нервов не хватит.
- Значит, при необходимости от вас можно-таки ждать проявления горячего латинского темперамента?
- Конечно! А вы сомневались?
| < < | > > |
|---|
