Интервью: Владимир Рауш
Главной темой очередного этапа Кубка мира по лыжным гонкам, который прошел в минувшие выходные в Ля-Клюза, стало отнюдь не третье место Александра Легкова на 30-километровой дистанции свободным стилем. Куда больше болельщики обсуждали автомобильную аварию, в которую он попал вместе с Евгением Дементьевым перед самым вылетом во Францию. Поскольку олимпийский чемпион Турина пострадал меньше коллеги, Sportweek позвонил именно ему и выяснил, что помимо дорожных происшествий Дементьев еще негативно относится к длительным отлучкам из дому и… голодным медведям.
- Евгений, что, собственно, произошло по пути в «Домодедово»?
- Мы ехали по трассе, как вдруг откуда-то сбоку прямо перед нами выскочил джип. До сих пор не могу понять, как мы ушли от прямого столкновения! За рулем был приятель, он успел вывернуть руль влево. Машина выскочила на автобусную остановку; счастье еще, что там людей не было… Я отделался небольшими ушибами, а у Саши оказался сломан нос. Мы тут же поймали другую машину и уехали в аэропорт, чтобы не опаздывать на самолет. А друг остался разбираться.
- На какой скорости произошло ДТП?
- Мы совсем не гнали, времени до вылета было еще достаточно. Ехали где-то 80–90 км в час.
- Кого в итоге признали виновным в происшествии?
- Сразу после того, как закончилось оформление, мы созвонились с нашим другом. Виновником, естественно, признали джип.
- Ваша машина получила серьезные повреждения?
- Правого бока у нее фактически нет.
- За те несколько секунд, когда все происходило, испугаться успели?
- Да-а… Испугался, и еще как. Говорят, в такие секунды перед глазами пролетает вся жизнь. Насчет всей жизни не знаю. Но что-то пролетает – это факт. У меня, например, пролетело что-то белое. При ближайшем рассмотрении это оказалась подушка безопасности (усмехается).
- У вас в жизни серьезные ДТП уже бывали?
- Серьезных не было; так, царапался пару раз. Но это все было безобидно и абсолютно не страшно.
- А вообще ситуации, когда жизнь находилась в опасности, случались?
- Слава богу, нет. В детстве я часто уходил далеко в лес по грибы по ягоды, но ни разу не заблудился. У нас в Югре с младых ногтей учат, как ориентироваться: надо смотреть на стволы деревьев, муравейники. Хотя однажды в нашем поселке Таежный человек в лесу потерялся. Но его потом нашли…
- Больше никаких критических ситуаций не возникало?
- Был еще один голодный год. В лесу ягод совсем не было, и медведи начали выходить в поселок. Правда, не к домам – по окраине шастали, в сараях рылись. Вот тогда страшновато было… На них мужики засады устраивали, отстреливали.
- Вы сказали, что после аварии у вас легкие повреждения.
- У меня небольшой ушиб, но без отека. Плюс царапины на голове и левой руке.
- А Легков что же, так окровавленный и летел во Францию?
- Да там крови практически не было. Просто носовая перегородка сломана… И потом, ему в медпункте «Домодедово» наложили повязку. Во Франции нас свозили на консультацию, доктор разрешил нам выйти на старт. И видите – молодчина! – на тридцатке Саша даже стал третьим.
- Вся команда выдвинулась во Францию сразу по окончании предыдущего этапа в Финляндии, и только вам двоим тренеры дали выходные. Не боитесь, что после такого ЧП все поблажки будут отменены?
- Таких угроз со стороны тренеров не было и, надеюсь, не будет. Это же было общее решение, оно принималось вместе с руководством сборной. Мы не хотели обособляться. Просто за месяц, проведенный в Скандинавии, очень истосковались по дому. Хоть за годы карьеры длительные сборы вошли уже в привычку, порой бывает очень тяжко. И такие паузы, чтобы перевести дух, просто необходимы.
- Вас отпустили домой без проблем?
- Никаких возражений не прозвучало. Мы просто обсудили с тренерами, какими рейсами лучше воспользоваться, чтобы успеть к сроку.
- И какой вам показалась Москва – после скандинавского-то захолустья и вечной темноты?
- Да мы в Москве были только транзитом. Переехали из одного аэропорта в другой и тут же улетели в Ханты-Мансийск. К тому же в столице в эти дни было пасмурно. Да и во Франции сейчас то же самое. В общем, я солнца уже больше месяца не видел (усмехается).
- Вы уже год как человек женатый. Отрываться от домашнего очага стало сложнее?
- Знаете, из дома всегда трудно уезжать. Раньше меня родители провожали – сердце надрывалось. Теперь жена на пороге рукой машет – тоже сердце ноет. Хотя сейчас, конечно… (Замолкает.) Мне же в Ханты-Мансийске однокомнатную квартиру дали, только-только собственное гнездышко свил.
- Похоже, вам все эти отлучки тяжело даются. А вот Василий Рочев в интервью Sportweek признался, что спокойно переносит длительные отъезды.
- Так Васе проще. У него вон жена, Юля Чепалова, рядом тренируется. И отец, и тесть тут же (Василий Рочев-старший и Анатолий Чепалов тренируют семейную пару. – Прим. ед.). Вся семья, можно сказать, под боком. А мне хоть иногда глотнуть домашней пищи – и то в радость.
- Неделю назад на этапе Кубка мира в Куусамо вы удивили десятым местом на 15-километровой дистанции классическим стилем. Раньше считалось, что классику вы не очень любите.
- Последнее время стараюсь уделять ей больше внимания. Потому и результаты по сравнению с коньковым ходом выровнялись. Теперь я с равным успехом выступаю и тем и другим стилем. Да и вообще сейчас в сборной нет прямого деления на «классиков» и «конькистов». Вот и приходится соблюдать в тренировках паритет.
- На первом этапе Кубка мира в Швеции вы были финишером нашей эстафеты и заслужили немало критики. Не считаете, что ошиблись с тактикой, в результате чего команда осталась без медалей?
- Пусть критики сами выйдут на лыжню, тогда и посмотрим. А по поводу тактики… Нет, я бежал так, как и планировал. Может быть, только в конце допустил небольшую оплошность. Надо было держаться за лидерами как можно дольше. И совершать рывок уже на самом финише.
- После выигрыша золота и серебра на Туринской Олимпиаде рост результатов у вас немного затормозился. Поговаривают, что вы тогда надорвались физически или перегорели эмоционально. Какая из этих версий ближе к истине?
- Ни та, ни другая. В том сезоне мы с тренерами немного поэкспериментировали с подготовкой, вот он и получился таким ярким. Хотя говорить, что у меня больше не было крупных побед, неправильно. В прошлом году я тоже неплохо выступал, были успехи в Кубке мира. Да, на чемпионате мира не получилось – но тому были свои причины. Если помните, меня там отстранили от соревнований на пять дней из-за повышенного уровня гемоглобина в крови. После этого все и пошло наперекосяк.
- Тот же Рочев, например, из-за отсутствия высоких результатов летом перешел на самоподготовку. Для вас такой вариант возможен?
- Нет, я привык работать в команде и хочу продолжить тренировки под руководством наставников сборной. В одиночку, думаю, мне было бы сложнее.
- Сейчас Василий превратился для вас из коллеги в соперника – готовится по другой методике, перед чемпионатом мира собирается выбить из состава кого-то из штатных лыжников сборной. На ваших отношениях это сказывается?
- Знаете, тему Васиного перехода на самоподготовку раздули журналисты. Мы общаемся совершенно нормально – как и раньше. И вообще Рочев остается полноправным членом национальной команды. И по всем документам, и по отношению ребят к нему.
- Вообще Олимпиаду вы часто вспоминаете?
- Последний раз – минувшей весной. Друзья приехали в гости, попросили поставить чемпионскую видеозапись. Когда я посмотрел – мурашки по коже пробежали. Если честно, я до сих пор так до конца и не осознал, чего добился в Турине.
- В некоторых видах спорта, например в теннисе, заслуги спортсмена значат очень много. Они позволяют получать более удобное время для тренировок, лучшее размещение в гостинице. В лыжном спорте титулы имеют вес?
- Пожалуй, после выигрыша олимпийского золота коллеги из других стран начали на меня смотреть с большим уважением. Хотя я и до Турина был в лыжном мире не последним. А что касается национальной команды… У нас все равны, и отношение ко всем одинаковое. Главное, чтобы человек правильно себя вел – так, как положено лыжнику. Мы же помимо индивидуальных гонок еще и эстафеты бегаем. И если кто-то ведет себя неправильно, в команде выступить он уже не сможет.
- А что, бывали случаи?
- Случалось. Но фамилии называть я не буду.
- Хотя бы конкретизируйте, что значит «неправильное поведение». Например, человек встает и говорит: я – олимпийский чемпион, побегу только последний этап?
- Ну, это вообще вопиющий случай. Если такое случится, этот человек станет просто изгоем.
Автор – редактор отдела спорта газеты «Известия»
| < < | > > |
|---|
