«У сборной Германии есть свои козыри, и мы с уверенностью смотрим на предстоящую игру в «Лужниках». Конечно, русские имеют преимущество своего поля, а матч пройдет на непривычной для нас искусственной траве. Но, думаю, в игровом плане мы с хозяевами равны. Что в свое время доказали в Дортмунде. В общем, наша цель ясна: хотим матч в Москве выиграть и досрочно обеспечить себе участие в чемпионате мира».
Йоахим Лев, «Спорт-Экспресс», 03.10.2009
Помню, как дед и отец рассказывали мне, сопливому десятилетнему юнцу, как в середине 50-х к нам на товарищеский матч в ранге чемпионов мира приехала сборная ФРГ – и мы победили ее со счетом 3:2. Ну, факт такой встречи проверить было несложно и тогда. Невзирая на отсутствие интернета. А мальчишка я был пытливый. Мне удивительнее было другое. Мои родственники уверяли меня, что никакое чемпионство немцев в ту пору никак не делало их безусловными фаворитами в сознании «массового русского болельщика». На дворе было начало 70-х, только-только сборная ФРГ (может быть, именно в этом году самая сильная за всю свою историю) отлупила весьма крепкую сборную СССР в финале ЧЕ-72 со счетом 3:0. И я все никак не мог понять: неужто и впрямь бывало такое, чтоб выходить играть с немцами как с равными? Врали мне редко. Потому я верил – можно было. Но никак не мог понять – как это? Как в «Ералаше», помните? «Что не пересекаются – понял, а вот почему не пересекаются – нет»...
Шли годы. Сборная ФРГ в 74-м обыграла в финале чемпионата мира успевших за месяц полюбиться мне на всю жизнь голландцев. Еще через два года, играя «ни во что» – в финале Евро-76, шутя отбила два гола дефицита против волшебных тогда чехов (к сериям пенальти мы только начинали привыкать тогда – потому победу сборной Чехословакии я ам для себя не мог признать полновесной). Еще через 4 года немцы вновь взяли Евро. А в 82-м, будучи на старте биты Алжиром, выиграли в итоге полуфинал (тот самый!) у Франции. В 86-м в Мексике Аргентина лепила из игры что хотела, но выиграла чудом. Я не просто перечисляю «вехи». Я к тому, что в 86-м мне было уже 25. Я уже вырос. Или думал, что вырос. И по копейке, по вистику – вгрызалось в меня (вроде комплекса) нечто, подобное тому, что еще через несколько лет скажет Гари Линекер. Мол, «футбол – это игра, где 22 мужика носятся полтора часа, не жалея ни себя, ни соперника. И где выигрывают немцы».
Тем более что очные встречи наших сборных говорили о том же самом. Тем более что самый популярный наш клуб, московский «Спартак», играя год за годом в еврокубках, не мог вышибить оттуда ни одну (!) бундескоманду целых 20 лет. Со времени подвигов Александра Прохорова в Кельне в 76-м до коленки Александра Ширко на 120-й минуте. Против «Карлсруэ». Уже начавшего тогда свое движение туда, где теперь клуб и находится. «Лобановский в 76-м» – скажут мне. Соглашусь. Только было то киевское «Динамо» больше немцами, чем сами немцы. Нет?
Ну ладно, клубы клубами. Но и на уровне сборных против немцев лишь дважды роклюнулось нечто, подобное тому, о чем отец с дедом говорили. Незадолго до чемпионата мира-86 малофеевская тогда еще сборная играла товарищеский матч – и минут сорок немцев возила. Да второй недавний дортмундский тайм. Но ведь и там и там – кто в итоге выиграл? И все это вгрызается в болельщицкую голову год за годом. И поколения растут на ощущении «мы все равно слабее».
Как если б ты даже точно знал, что на Волжском автозаводе сделали машину, по большинству параметров превосходящую «Фольксваген». И вот у тебя есть деньги, надобность в машине и возможность выбора. И ты пришел покупать. Чего выберешь? То-то же. Вспоминайте свои ощущения после жеребьевки, вспоминайте! Я один такой, что ли, кому казалось – ну кто угодно, итальянцы, даже испанцы, только не немцы! И это, между прочим, после Базеля. Я не стелю соломку. И не делаю прогноз. Потому что то, что же сделал для сборной Гус Хиддинк, заключается в том, что можно назвать изменением ментальности. Орать «порвем» можно и от страха, который нужно заглушить в себе. А вот чтобы это проросло в немногословную уверенность сильного – этим занимается в мире целая армия психологов. И отнюдь не всегда они добиваются успеха. Гус добился. Как психолог прежде всего. Что-то там такое он сделал. В том числе и во мне.
Мой нынешний коллега по «Плюсу» хоккеист Саша Хаванов сказал как-то, отвечая на вопрос, что такое НХЛ: «НХЛ – это когда ты выходишь и знаешь, что сейчас тебя будут бить. И тебе при этом не страшно». Вот оно! Не страшно! Ты идешь на это с открытыми глазами. Зная, как в нашем случае, что будет либо первый дортмундский тайм, либо второй. Не можем мы «по-третьему». Пока – не можем. И не надо бояться это признавать. Не надо прятать голову в песок и врать самим себе. Вселенской надежности мы еще не обрели. Мы – команда куражная. Именно поэтому (в смысле машины) и будет выбираться «Фольксваген», а не условное волжское чудо...
Разница, однако, в том, что теперь мы идем на это с открытыми глазами. Да, мы можем нарваться на удар и «лечь». Да, может оказаться прав коллега Цыбанев, остроумно подметивший после матча «Вольфсбург» – ЦСКА, что Армин Фе показал Йоахиму Леву, как надо играть против русских. Ничего не делать. Хлеб-соль, мол, удоевцы вынесут сами. Может быть. Только теперь мы, зная это за собой, будем паниковать в разы меньше, чем шесть-восемь (или сколько?) лет назад.
Я вот писал о своем взрослении. Приглашая девушку на танец в 16 и нарываясь на отказ – ты чувствуешь, что жизнь закончилась. И обрастаешь целой кучей сомнений в отношении себя любимого. А взрослый – ты знаешь, что причин этому отказу может быть двести пятьдесят. И что «жизнь кончается не завтра» – тоже знаешь. И цену себе, любимому (копеешную или миллионную – без разницы), тоже знаешь. И вешаться в случае отказа точно не побежишь. Вот разница в чем.
Лев, может быть, и сам не знает пока, какую, к примеру, пару нападающих он выпустит. Но немцами они быть не перестанут. Будь Подольски Погребняком (в смысле, забей он не в бундеслиге, а в нашем чемпионате всего один гол) – мы б и его, и тренера поедом ели бы. А они – ничего. Не «Мерседес» сейчас сборная Германии, это точно. Но – немцы. Фирма, однако. Для нас, может, лучше б, если б «Мерседес». Потому что будь они «Мерседесом» – пошли б во встречный бой. А так они и впрямь могут сидеть и ждать. А шансов мы им – хотим не хотим – понадарим.
Но и «свое» создать должны. Во всяком случае, я так думаю. Даже если и ошибаюсь. Никогда за последние тридцать пять лет я не был столь близок к ощущению, о котором говорили отец и дед. Что мы можем играть с немцами на равных. Не десять раз из десяти пока. Это – да. Но – можем. Сумеем ли сыграть «свои сто процентов»? Как в Хельсинки? Дадут ли? Если да – то разве факт, что это «уже навсегда»? И если нет – разве это повод взять и перечеркнуть все, что уже сделано по части взросления? Надежность и репутация – это не место в рейтинге. Это то, что «набивается» годами. Десятилетиями даже. Мы в этом отношении – хорошо, если еще в середине пути. А у них это – генетическое. Ну что ж делать, генетическое – значит, генетическое. Играть-то надо. Не боясь и с открытыми глазами. Удачи, сборная!
| < < | > > |
|---|
