«Результат, который мы показали, – это наш максимум на сегодняшний день. Состав у нас был в принципе оптимальный, но отсутствие полусредней Анны Кареевой, получившей травму по ходу турнира, считаю самой большой потерей. Кареева – тот самый гвоздик, который всегда всем мешает. Но больше всех в поражении виноват я сам. Я лег в больницу, после чего формировать состав пришлось с колес. Надо было отбить 16 человек, а я повез на предолимпийский турнир целый сарафан. Во Франции я просматривал 21 человека. Все бегали, все мельтешили – это уже не подготовка».
Евгений Трефилов, главный тренер женской сборной России по гандболу, в интервью агентству «Весь спорт» после проигранного норвежкам финала, 23.08.2008
Уже на старте Олимпиады мне показалось, что самый интересный из игровых турниров – гандбольный. День за днем проводя на комментаторских позициях в залах, где играли в ручной мяч, а вечером (уже как зритель) переключаясь на волейбол и баскетбол (а как комментатор – еще и на футбол), я в мысли этой укреплялся все больше и больше. И к концу готов даже утверждать с не приличествующими моему возрасту эмоциями спорщика: интереснее гандбола среди игровых видов в Пекине ничего не было.
В этом утверждении, соглашусь, достаточно много от ожиданий. От запрограммированности себя, любимого, на тот вид, который ты по преимуществу должен работать. Тут тебе и деревья кажутся большими, и медали блестят высшей, чем остальные, пробой. Все так. Коллеги не дадут соврать: я неоднократно заявлял перед Играми, что шансы на золото есть только у двух наших команд. Гандбольной женской и (куда меньшие) – у волейбольной мужской.
Но это срез интереса, если угодно, болельщицкий. Им можно быть сытым весь турнир, только если тебе нечего делать «кроме». Поддерживай своих да доказывай до хрипоты, что «всех порвем». Когда же у тебя полным-полно другой работы, то это направление довольно быстро начинает мешать. Даже тяготить. Курортный роман, знаете ли, хорош только на курорте.
Так что дело не в предсказуемости медалей и прославлении российского спорта. Как раз сказать, что трефиловские девочки играли здесь здорово, я не возьмусь. И их конечное серебро – во многом следствие того, что опыт (а команда у нас возрастная) – дело великое. Победный – тем более. Мы просто были более готовы к победам. Более привычны к ним, чем большинство соперниц. А когда в финале мы встретились с действительно находящимися на пике норвежками (не уступающими нам ни в харизме, ни в победном опыте), так и вышло, что надо чуть ли не радоваться тому, что «отойти» после поражения должно было быть легче, чем обычно. Согласно принципу, провозглашенному одной строчкой из давней песни. Где любимая желает уходящему на войну «если смерти – то мгновенной». Она такой и вышла. Пятиминуточкой. Проиграть в такой игре мяч было б обиднее.
Заканчивая разговор о нашей женской сборной, напомню, что две предыдущие Олимпиады прошли без нас. И, стало быть, никаких медалей олимпийских ни у кого из этой команды не было. Так что поздравим их. Тем более что выше них все равно никто из наших игровиков не забрался. Вспомним: «три мира» во времена трефиловского правления были выиграны в нечетные годы. А в четные – ничего. Но это, конечно, ерунда. Я понимаю. Прелесть гандбольного олимпийского турнира заключалась в том, что почти в каждом матче были качели. Что начавшие с трех поражений шведки пробились в плей-офф. Что никакущая Франция вдруг преобразилась. А игравшие на старте ярче даже норвежек румынки вдруг скисли. Видимо, так и не научившись главному: выигрывать без куража.
На автомате. Давить не только мощью краев да линейных. Но и авторитетом тоже. Прелесть была в том, что результат каждого почти матча был непредсказуем. Как начался турнир с девяти разбазаренных нашими – в матче с Кореей – мячей перевеса, так и дошел до финала с неправильно засчитанным голом норвежек в ворота тех же кореянок. Должен был бы быть овертайм. И вроде бы непонятно, кто вообще должен был бы выйти в финал.
Так что главная суть успеха детективов: когда зритель (или читатель) долго и нервно ломает голову над вопросом «кто?» – была соблюдена. И долго вышло. И нервно.
Но с другой стороны, прелесть заключалась и в том, что при детективности каждого матча турнир сложился донельзя логично В ЦЕЛОМ. В виде, где должны резонировать и физика, и голова, где крен в любую сторону наказывается немедленно и жестоко, логика должна присутствовать. И даже обзываться (пусть это и не вполне правильно) – правдой. Так вот. Цепляться к последнему голу норвежек в полуфинале – можно и должно. Называть при этом несправедливым их титул – глупо и некрасиво. Два в одном. Для любого глаза. И не случайно, стартовав в шеститысячном «Джимнезиуме», турнир на стадии полуфиналов уже почти забивал девятнадцатитысячный «Индор Стэйдиум». Хотя просто в силу генеалогии гандболу трудно собирать «почти двадцатку» так же легко, как, к примеру, баскету…
И все же, поговорив для начала о милых барышнях, скажу, что главным аргументом моим насчет «лучшего турнира» был как раз турнир мужской. Где мы медалей не взяли. Хотя попадание в шестерку команды, почти всеми загодя приговоренной к «невыходу» из группы, – это ли не награда? Играй наши так, как здесь, на последнем чемпионате мира – в призах были бы обязательно. Там. А тут – нет. За восемь лет, что я комментирую гандбол, игры такого уровня, таких скоростей я не видел нигде и никогда. Чемпионы мира, не проходящие группу. Чемпионы Европы, дважды по игре уступающие нашим (хотя первый раз по счету получилось как раз наоборот). Какой-то магнит равновесия в каждом почти матче. Через раз победитель либо не определялся вовсе, либо определялся с сиреной. Я менялся с коллегами футбольными матчами, чтобы не уходить из «Джимнезиума» до позднего пекинского вечера. Чтоб видеть все это. Понимая, что этот кайф надо выбрать до конца. Что подобное мы если и увидим, то уже не скоро. От горестного нашего «ох!» после чудо-броска Хансена до возврата датчанами долга нашей команде. Когда в матче, где и их, и немцев устраивала ничья, они договариваться не стали. И помогли нашим выйти.
И при этом – опять же чуть не абсолютная справедливость касательно того, что «везет тому, кто везет». Выход в финал двух лучших команд турнира – Франции и Исландии. Разных абсолютно. Едва ли не полярно. Французы со своей непонятной и убаюкивающей соперника тягучей игрой. И летучие, бесшабашно-безбашенные исландцы. Такие разные. И лучшие здесь, в Пекине. Справедливость превосходства в «двадцать и более» американской баскетбольной дрим-тим над почти любым соперником, волшебство волейболисток-бразильянок, Рикельме и Месси – все это было справедливо, но несколько банально. Банальность – не минус. Статус и периодичность Олимпиад буквально требуют, чтобы (если это не свой) к громоподобным сенсациям относились все же несколько подозрительно. А побеждать должен тот, в ком мы не сомневались (или перестали сомневаться по ходу турнира) касательно того, что «он достоин». Не только «здесь и сейчас». Но и в турнире четырехлетия.
Гандбольные турниры (оба) вытащили из нас все нервы. И закончились логично. И детектив, и «награда нашла героя». Два в одном. Так бывает очень редко. И именно поэтому я считаю гандбольные турниры самыми яркими в игровой олимпийской программе.
| < < | > > |
|---|
