«Наступает время следственного комитета и правоохранителей. Мы поговорим с профессионалами в этой области. Спортивным структурам не под силу раскрывать сговоры в спорте и в футболе в частности. Комиссия по этике не может устанавливать слежку, прослушку и так далее. Вопрос перетекает из области спортивной в сферу уголовную. Уголовный кодекс, как известно, предусматривает наказание за подкуп участников соревнований».
Виталий Мутко, министр спорта РФ, интервью «Советскому спорту», 31.08.2010
Я не знаю, было это на самом деле или это придумали острословы из Интернета. Диалог с главным тренером: «У нас есть договорные матчи?» – «Ой, да их столько, что вы и представить себе не можете!» – «А ваша команда в них участвовала когда-нибудь?» – «Наша? Да ты сдурел, что ли? Наша – никогда!». Если этого разговора и впрямь не было, то его стоило бы выдумать. Шикарный разговор. Прекрасно характеризующий и отвечающего, который подставляется. И спрашивающего: провокатор в нем в двух фразах обгоняет на километр интересующегося доброхота. И всех нас, всю нашу ментальность. Потому что читать такое интервью процентов восемьдесят из нас кинутся, забыв посмотреть результаты матчей. Нам этот скандал люб. Мы этого хотим. Это дает возможность заниматься любимым делом: оценивать нравственность окружающих. Не подходя при этом к зеркалу.
Сразу скажу: если кто-то заявит, что договорных матчей у нас нет, – я ему не поверю. Не потому, что что-то такое знаю, подсмотрев в замочную скважину. Туда и букмекеры не подсматривают. Им незачем: где-то что-то протекло – линия падает. Они вправе реагировать на сомнения. Они рискуют собственными деньгами. Слухи и на обычной бирже обвал акций могут спровоцировать. Бывает и иначе. Как-то даже Will Hill прекратил прием ставок на матч «Луч» – «Ростов». А Данцев взял и «плюнул» на 90-й. И вышла ничья. Что, стали мы с той поры менее подозрительны? Да нет же. Заранее решив, что «раз негатив – значит, правда», народ договорился с собой на «раз-два». «Просто ему не сказали, не поделились с ним».
Я вот часто думаю: а если б судьи без ошибок работали? Ну, вообще... Вы понимаете, какого удовольствия лишились бы болельщики с пресловутым баннером про арбитра? Или все равно горланили бы? Я являюсь членом комитета по этике при РФС. И абсолютно уверен, что, прочитав эту строчку, многие усмехнутся: «Ну понятно тогда, чего ж от него еще ждать?» Недавно случившийся в Перми матч «выплеснул на меня» порядка двадцати звонков из редакций газет и радиостанций. С одним и тем же заходом: «Вот вы, как член комитета по этике, скажите нам – был матч договорным или нет?». «Общее мнение?» – переспрашиваю. «Нет, ваше личное. Мы всех членов обзваниваем». Я был в шоке. Изначально комитет по этике должен высказывать коллегиальное мнение. И никакое другое. Как частное лицо – я могу высказываться частно. Но ведь звонят-то именно как члену комитета. Это почему так? «Выстроить звонок» лень? Немного хотя бы «в тему влезть»? Может, и не лень. А просто незачем. Потому что это народу (всем нам) – любо. Потому что – рейтинг. Мы этого хотим. Неосознанно. Как мы будем жить без допинг-скандалов на Олимпиаде? Без Овечкина с пивом? Без футбольных договорняков? Отними у нас привычку критиковать судью – это ж похлеще запрета на курение будет...
В день, когда этот номер поступит в продажу, должно состояться заседание комитета. Пишу заметку, естественно, раньше. Являясь до этой поры частным лицом. Так вот. Меня тоже сильно напрягает «ноль ударов в створ». Мне тоже кажется, что матч был странный. Мне (чтоб не цеплялись к слову «странный») он показался договорным. Но это – на основании просмотра. Мне лично. Но я не исключаю, что коллегиальное решение может быть и «в пользу» игры в Перми. И уже вижу тысячи ухмылок: «Ага, ну понятно». Понятно – что? Что впечатление и заключение – не одно и то же? Широким кругом правдоискателей линейка предлагается такая: «линия букмекеров упала – ноль ударов в створ – мы так и думали (а почему начали так думать? Линия букмекеров упала? Или просто: все у нас плохо, ясно ж, что все (кроме нас) – лжецы и подлецы) – есть комитет по этике – значит, он должен всех развесить на столбах». Как, зачем, на основании каких документов – для большинства неважно. «Вор должен сидеть в тюрьме, и народу неинтересно, каким образом я туда его упрячу», – говаривал герой Высоцкого. Каким бы странным мне б ни казался этот матч – эту линейку я не приму. Мне все время кажется, что если «не пойдешь митинговать вместе со всеми» – так объявят контрой и расстреляют. Не люблю подобные вещи. Митинги не люблю. Пусть расстреляют. Даже не разобравшись, что вообще-то мы считаем одинаково, просто я «петь в квартире хором» не люблю. Но тогда хоть контрой объявят. Породу признают, стало быть...
А что ж нам делать-то тогда? Хорошо, подключим прокуратуру – они ж то же самое скажут, правда? Предложу свою линейку. Главное средство для искоренения – неотвратимость наказания. Не «этих здесь и сейчас», а вообще. Значит – надо, чтобы боялись. Чтоб знали, что могут прищучить. Стало быть? Стало быть, должна быть та самая «окончательная бумажка имени профессора Преображенского» – которая бы делегировала полномочия «снимать и очки, и головы». Да, это недемократично. Да, тогда этот орган впору называть не комиссией при РФС, а, скажем, «революционной тройкой». Вы прикидываете, кто может выписать такую бумагу?
Правильно прикидываете. На самом что ни на есть (не только футбольном) верху. Либо этим занимаются спецслужбы с прокуратурой. Либо первое лицо государства делегирует подобные полномочия президенту РФС (и дальше они уже делегируются по вертикали). Надо, однако, четко понимать, что, озаботившись этой проблемой в футболе, первые лица обязательно наткнутся на вопрос: «А что тогда делать с договорными тендерами? Не с футбольными, а вообще? С распилами?». Это не то же самое ли? И не станет ли тогда жалко тех, кого наказали без стопроцентных доказательств? И не будут ли те, кто сейчас вопиет: «А и пусть, надо поганой метлой и каленым железом!» – петь по-другому, когда под раздачу угодит любимая команда? И не вернемся ли мы в начало заметки?
В любом случае – решение по этому поводу, думается, должно быть силовое. Вертикальное. Государственное. Вы не заметили, что в поисках того, кто «должен восстановить справедливость», народ все равно идет по прямой? Пускай пока это комитет по этике. Пускай это президент РФС. Или «просто» президент. «Кто» – этим вопросом не заморачиваются. «Специально обученные люди». Кто-то наверху. Я не ругаюсь, не думайте. У нас во всем так. Страна-то монархическая. Другого способа я, извините, не вижу. Не подумайте, будто я настаиваю на нем. И не начинайте думать, будто я сильно против. Я живой человек. Мне тоже свойственны метания и сомнения. Можно вообще ждать, пока оно устаканится само. Ведь меньше ж стало этих матчей...
Про «пулы» уже, во всяком случае, не говорят. Но ждать в данном случае – это долго. Лет пятьдесят минимум. Кто ж согласится на пятьдесят-то? Да без гарантии? И кто эти гарантии даст? И главное – кто в нашей недоверчивой стране этим гарантиям поверит? А сразу – только непопулярными, понятийными методами. Увы. Хотя почему «увы»? Судя по всему, на первых порах народ будет очень доволен...
| < < | > > |
|---|
