«Команда Гуса Хиддинка скончалась на поле стадиона в Абу-Даби, Дику Адвокату пора перестать быть сводным братом этой команды. Надо строить свою».
Евгений Ловчев, экс-защитник «Спартака» и сборной СССР, «Советский спорт», 09.02.2011
Я не собирался «цепляться за результат» матча нашей сборной с Ираном. Не получается, однако. Вышло так, что на протяжении меньше чем 10 дней у меня (да и не только у меня) была оказия увидеть два довольно жалких матча. Один – игра «Спартака» против «Русенборга» на предсезонном турнире в Испании. Другой – как раз игра сборной (где спартаковцев не было) в Эмиратах. Оба еще раз укрепили в том, что, в принципе, давно известно. Делать из товарищеского матча (да еще и в межсезонье) событие глобального масштаба – неправильно. Да и смотреть его надо не как официальную игру. А, так сказать, любопытствуя. Если и «затачивая подо что-то глаз» – так под какие-то нюансы. Под частности. И ни в коем случае не делать результат поводом либо забрасывать шапками белый свет, либо развешивать игроков вместе с тренером на столбах. Я дядя взрослый – и все это знаю давно и хорошо. Однако – не получается.
Не получается потому, что уж больно все увиденное само по себе встает в «паззл недоверия». Я боролся и буду бороться с теми, для кого недоверие – это фундамент. Отправная точка. «Все плохо» изначально. Таковые персонажи обычно смотрят за рубеж – вот там, мол, все хорошо. А заставь такого пожить где-то в Англии, к примеру, – ему враз станет плохо и там. И полиция несговорчивая, и девушки некрасивые, и еще много чего. Это «плохо» у большинства сидит внутри. И быть с ними заодно я не испытываю ни малейшего желания. Однако тут приходится.
Потому что основа любых отношений (ну если брать как постулат, что отношения эти вроде родственных – длительные и хорошие) – это доверие. Знание, что «вот этот человек (фирма, страна) может вот это, а вот этого не может. Я это знаю и принимаю. И жизнь научила меня, что на хорошее я должен обращать внимание больше, чем на плохое. Именно так я отношения эти сохраню. А я хочу их сохранить, потому что ими дорожу. И близорукость (к примеру) любимого человека – элемент нежности, а не насмешки». Разве со сборной не должно быть примерно так же? А оно не выходит. Встают перед глазами матчи со словаками, македонцами, бельгийцами. И давешний матч с Ираном притягивается в этот же ряд как магнитом. Правда?
Даже если знаешь, что: а) это предсезонка и большая часть игроков «сидит под нагрузкой»; б) опасные моменты у ворот нашей сборной будут возникать в любом матче – опорная зона слаба; в) без находящихся в полном порядке Жиркова и Анюкова фланги нашей сборной будут если и не бумажными, то не стальными – точно. Ты все это знаешь. Но тебя все равно тащит в этот ряд. Это недоверие не изначальное. А – растущее. По-немногу. По копейке. Как висты в преферансе. Только со знаком «минус». И ты уже перестаешь верить, что, когда припрет, Аршавин опять пойдет в обводку – и будет нанизывать двоих-троих, как приготовишек. Нет, думаешь ты, наверное, он так и будет теперь «руководить». Паратройка обостряющих (действительно обостряющих) передач за игру, как дирижерская палочка. Не маловато ли? Нет, я понимаю, что в «Арсенале» так учат. Но там движение остальных – какое? И так во всем.
А сильнее тех, кто играет, все равно никого нет. И справа с Арменией, наверное, будет играть Шишкин. Он старается, но он не Анюков и даже не Паршивлюк. А слева – или полубольной Жирков, или... Проходили все это не раз, правда? И от этого повторения ты устаешь все больше и больше. Иначе говоря, доверия к сборной нынче в народе, увы, немного. Вот она, главная проблема. И именно это отдаляет команду от тех, кто готов ее поддерживать вроде как всегда. Рассчитывать на то, что таблица отборочной группы сама по себе успокоит всех, можно и должно. Но – именно рассчитывать. А не быть в этом уверенными. «Андоррские яблоки» – это, конечно, беспредел. Но как-то теперь, из почти весны, они немного по-другому смотрятся, нет?
А пуще всего, что сборная наша превращается (или уже превратилась) в закрытое сообщество. Не желающее толком разговаривать, имеющее внутри себя какой-то внутренний кодекс. Нет, понятно, не болельщики должны диктовать Дику, кого ставить в состав и какую избирать тактику. Но обратной связи сейчас в разы меньше, чем при Хиддинке. Я не набрасываюсь на Адвоката. Ему, наоборот, так удобнее. Он потихоньку «меняет кровь» – вон Дзагоева ввел (жаль, к слову, что Алан не смог сыграть: это был один из тех нюансов, на которые лично мне любопытно было бы посмотреть). Но ему удобнее отделываться общими словами.
Играть-то мы умеем. И способны. В этом я уверен. Дублин помню. Но почему из того же «Дублина» сидит в подкорке, что могли и проиграть? Это ж чушь собачья! Даже в последние десять минут у нас было в три раза больше шансов забить, чем у ирландцев. Это нам было страшно. Куда больше, чем им. И мы этот страх расплескиваем вокруг себя. А они обижаются: ничего, мол, не понимаете. Вот оно! Нет единого понимания того, чего от сборной ждать сейчас. В любом сообществе (не буду говорить о семье, это для линейки «народ – сборная» все же авансово слишком, возьму, как пример, экспедицию), если есть проблемы, их надо проговаривать. Так, чтобы право голоса имела поочередно каждая сторона. Иначе вовсе общение прекратится.
Последняя фраза – очень жесткая, понимаю. Но говорю об этом не мстительно, не с мазохистским удовольствием (его оставлю персонажам, о которых писал в начале заметки), а с сожалением. Потому что без сборной лично я не могу. А возможное: «Ага, мы так и думали! Куда вы денетесь!» – ранит с каждым матчем все сильнее и сильнее. Сергея Фурсенко многие готовы уже критиковать за все и по определению. Я не готов. Или, во всяком случае, не за все. Ошибается он или нет – но человек он как минимум деятельный. И не лицемер. Но вот говорит он после игры с Ираном: ничего, мол, злее будем. И я не верю.
То есть тому, что «ничего», – верю. Конечно, ничего. А вот тому, что «злее будем», почему-то верю все меньше. Хочу верить, стараюсь. Но получается из последних сил. Если вообще получается. Точно – будем? Злее-то? Леший с ней, с предсезонкой. Пусть без Жиркова–Анюкова. Но злость-то эту показать было можно? Когда доверие есть, то ни о каком «последнем разе» речь не идет. А нынче, похоже, сборная в матче с Арменией в плане как раз доверия опять оказывается заложницей одного матча. В Дублине это сработало. Но ведь нельзя же такие вещи ставить на поток? Болельщицкое терпение – оно ведь тоже снашивается.
| < < | > > |
|---|
