Евгения Канаева
Интервью: Ирина Спасская
Золотые квадраты света на ковре, окна во всю стену, много зеркал и музыка, повторяющаяся на протяжении нескольких часов. В этом зале работают, творят, страдают и радуются. В общем, живут. Здесь тренируется сборная России по художественной гимнастике. И здесь олимпийская чемпионка Евгения Канаева признается в своем сложном характере, желании немного полетать и проблемах с хореографией.
- Такое странное ощущение, что с Олимпийских игр в Пекине прошла целая вечность, что они остались в другой жизни. Вам так не кажется?
- Да, это так. В своей, пока еще недолгой, жизни я прошла какой-то этап. Просто не верится, что это было. Когда подписываю свои олимпийские фотографии, иногда ловлю себя на мысли: неужели я там выступала?
- То есть острота ощущений довольно быстро притупилась?
- Конечно, у нас ведь все очень быстро поменялось. В первую очередь – правила. И нагрузки. Но, с одной стороны, это хорошо, потому что даже мысли не закрадывается о том, что я какая-то великая. Может, когда я закончу выступать, в свои 30–35 лет я неожиданно все вспомню и меня будет трясти от радости (смеется).
- А сейчас что из олимпийского вспоминается?
- Волнение помню как сейчас. Я до Пекина выступала на чемпионате Европы, впервые делала многоборье за сборную России, ну и меня так основательно, знаете, потряхивало. Но все равно я чувствовала свободу, раскованность. На Олимпиаде я тоже попробовала расслабиться, но на первом виде тюк – и уронила предмет. И тогда поняла, что надо привыкать к новым ощущениям. Максимально собралась. Только я, предмет, площадка и зритель. Больше никого не существовало. И, слава богу, я никого не подвела. Очень боялась, что дам повод сказать: а, она там завалилась, надо было другую ставить. И когда я все закончила, страшно обрадовалась оттого, что оправдала доверие, что тренер не упал в обморок от ужаса (смеется). Но, знаете, эта радость сильно померкла, потому что я очень расстроилась за Ольгу Капранову. Она тоже пахала, но на таких непредсказуемых соревнованиях, как Олимпиада, ей не повезло. Такая судьба. Может, все еще вернется.
- Вы имеете в виду ошибку в упражнении с булавами, которая не позволила Ольге стать призером Олимпийских игр?
- Да, конечно. Когда Оля ошиблась, я в раздевалке даже поплакала немножко. Мы вместе готовились, вместе жили. Я видела, сколько сил душевных и физических ею потрачено. Тренер меня успокоила, сказав, чтобы я думала о своем выступлении, чтобы Россия не завалилась совсем, чтобы мы все-таки достойно выступили.
- По новым правилам целая судейская бригада оценивает соответствие музыки и образа, который вы создаете на площадке. Какие образы живут в ваших программах?
- Упражнение со скакалкой у меня под «Кармен». Конечно, хочется изобразить жгучую испанку. Мы взяли музыкальную часть сильную и очень быструю, темповую. Трагического, сопутствующего гибели Кармен, в моей программе нет, а есть демонстрация силы, выразительности и красоты. Эта программа предъявляет повышенные
требования к физической подготовке. Скакалка – это прыжки, нагрузка серьезная, так что к концу я подыхаю тихонько (смеется). Процесс корректировки еще идет. Особенно после первых соревнований, на которых мы показываем новые программы.
- А что с обручем?
- Здесь звучит фрагмент из концерта Аренского. Там очень сильная, масштабная музыка. И, когда я все делаю, меня иногда даже разрывает, полететь хочется (смеется). И бывает замечательно, когда попадаешь в музыкальные акценты. Мне очень нравится и начало этой программы с медленной, нежной музыкой, которую тоже надо сделать очень выразительно. А в конце у меня мощная часть с бросками, вертушками, точками. Апофеоз.
- Ну тогда уж и про мяч расскажите.
- Мяч у меня – Эгина из «Спартака». Там я начинаю с несколько игривой музыки, с танцевальных движений, а заканчиваю сильно, там идут отбивы, точки, броски, повороты. Больше на технику, но надо попадать в музыкальные акценты, и тогда композиция будет выразительной. А ленточка у меня под Эдит Пиаф. Песня «Padam… Padam…» Это вальс, в котором надо танцевать, наслаждаться – и самой, и зрителям.
- Кто ставит вам программы?
- Я бы назвала это коллективным творчеством. У нас в команде отличные хореографы-постановщики. Это Ирина Борисовна Зеновка и Люси Димитрова. Кстати, Ирина Борисовна предложила мне выступать под «Кармен» и Пиаф. Люси ставила обруч. Я также могу предложить какие-то движения. Ирина Александровна Винер обязательно что-то советует.
- Сложность, возникшая с появлением новых правил, связана с технической стороной вопроса?
- Мне в начале каждого сезона бывает сложно, потому что у меня новая программа, а это новые движения, работа с предметом. Но мы все уже понемногу привыкаем к изменениям и даже особенно не думаем о том, что эти правила изменились. Сейчас больше снимают за потери, за жесткое приземление, за несовпадение музыки и движения.
- Выбираете выигрышные элементы?
- Нам ставят то, что смотрится эффектно, красиво. Всегда есть возможность выбрать. Можно ведь сделать казачок, а можно – красивый поворот с ногой вперед. И это зависит от возможностей и сильных сторон самой гимнастки. У Ольги Капрановой потрясающие стопы, и когда она поднимает ногу – это очень красиво. У меня такого нет, поэтому в моих программах этот элемент встречается гораздо реже. Вера Сесина дивно встает на полупальцы, на цырлы, и крутит безумное количество аттитюдов. Это, конечно, у нее часто используется, потому что она на этом выигрывает.
- Похоже, вы и это не относите к своим сильным сторонам?
- У меня, к сожалению, проблемы с хореографией. Конечно, я это тщательно скрываю (смеется). Но очень упорно работаю. Ведь намного приятнее смотреть на амплитуду с прямыми, а не с согнутыми ножками и на красиво натянутые, а не скрюченные, как у курицы, стопы. У меня ошибок в этом плане много. Надо исправлять.
- Какой у вас характер?
- Сложный (смеется). Особенно когда в зале что-то не получается, у меня бывают психи. Иногда злюсь. Это очень плохо, мне все время про это говорят. Вера Ефремовна (Штельбаумс – тренер Евгении. – Ред.) меня всегда успокаивает. Все истерики проходят, когда начинает получаться. А вообще, если чего-то очень хочешь и прикладываешь к этому много сил – у тебя обязательно получится. И мне нравится все, что вокруг меня происходит. Я выбрала такую жизнь сама. Я получаю удовольствие от тренировок и выступлений. И совершенно не чувствую себя запертой в клетке. Я просто люблю жить. В неспортивной жизни не хожу с натянутой стопой. С пяточки обычно (смеется), и спина у меня не всегда прямая.
Вкратце. Евгения канаева.
Родилась 2 апреля 1990 года в Омске.
Трехкратная победительница клубного чемпионата мира среди юниорок.
Достижения в большом спорте.
Чемпионат Европы-2007 (Баку, Азербайджан): лента – 1-е место.
Чемпионат мира-2007 (Патры, Греция): лента – 4-е место.
Чемпионат Европы-2008 (Турин, Италия): индивидуальное многоборье – 1-е место.
Олимпийские игры-2008 (Пекин, Китай): индивидуальное многоборье – 1-е место.
Абсолютная чемпионка Европы 2008 г.
Абсолютная чемпионка России 2008 г.
| < < | > > |
|---|
