Текст: Владимир Рауш
Правду говорят, что для русского человека чем сложнее – тем лучше. Долгих 15 лет наша хоккейная сборная не могла дотянуться до золотых медалей чемпионата мира. Сколько раз тренеры собирали суперсостав – без толку. Дважды за это время мировые первенства проходили в нашей стране, в Питере и Москве, – все мимо. Стало даже казаться, что турниры эти для нас заколдованы. Но в год столетия Международной федерации хоккея, когда чемпионат впервые принимали родоначальники игры – канадцы, мы сумели прервать полосу невезения. Да еще как! Вырвав финал у хозяев в дополнительное время.
Эта картинка наверняка у многих до сих пор в памяти. Ковальчук проходит к воротам, бросает – и тут же в эйфории скидывает на лед перчатки, шлем. Спутавшиеся на лбу мокрые волосы, раскрытый в шальном крике рот… Что было на протяжении предшествующих двух недель, уже успело подзабыться. И то, как супербомбардир «Атланты» и будущий герой нации никак не мог забить на чемпионате хотя бы гол (в одном из матчей наконец-то отличился – да шайбу записали на счет партнера, которого принесла нелегкая подставиться под бросок). И как заработал по ходу турнира матчевую дисквалификацию, а перед важнейшим полуфиналом с финнами – вторую. И как после блестящей игры команды против северян начались разговоры: а может – ну его, Ковальчука?! И без него ведь можем…
Так получилось, что этот самый полуфинал мы с Ковальчуком смотрели вместе. В квебекской «Пепси-Арене» журналисты располагались на специальном балконе-люльке, под самыми сводами дворца. Площадка видна как на ладони, что хоккеисты быстро пронюхали. И вот на матче с финнами на соседних местах появились Ковальчук, не попавший в заявку Александр Радулов и запасной вратарь Сергей Звягин.
Сейчас тому, кто говорит, что энхаэловцам важен только их личный результат, а не командные интересы, я рассмеюсь в лицо. Потому что Ковальчук переживал яростно, самозабвенно. С его места летел такой мат, что зарубежные коллеги недоуменно оглядывались. А когда наши забили гол, а потом и второй, Ковальчук соскочил со стула и забегал по ложе прессы, словно мальчишка. После финальной сирены к нему вернулось привычное, чуть угрюмое – на тот момент – выражение лица. На просьбу о небольшом комментарии он лишь мотнул головой и вместе с партнерами направился к выходу. Спустя сутки это был уже другой Ковальчук – ликующий, шальной от радости. Но тот образ наверняка у вас еще в памяти…
| < < | > > |
|---|
